Онлайн книга «Нарисую себе сына»
|
— Пожалуйста, Сусанна. И оба вспомнили про свои остывающие тарелки. Пока меня снова не отвлекли. Причем, совсем неожиданно: — К-хы! Монна, прошу прощения. Это — вам, — разносчик держал перед собой подвявшую лилию с таким видом, будто крестный ход с ней совершал. Или цветок вот-вот разлетится. По частям, — Сказали, почтут за честь. — Кто сказал? — уставилась я на эту композицию.Парень выразительно скосился в дальний угол. Я попыталась «маршрут» отследить. — Мама моя. — Та-ак. — Капитан, сэр, позвольте мне? Монна Зоя, кивните туда же. — Угу-у… — лысый здоровяк в расшитом камзоле, воодушевленно оскалился… Я струхнула уже всерьез. — А что это вообще такое? И… — И цветочек этот — в вазу на нашем столе воткните. Остальное — позже… Вот же, молодец. Дальний угол боцмана явно не поддержал: — У-у-у… — и что-то там про «не фарт». — Совершенно дикое место. Зоя, это — такой «питейный» обычай. Взамен… — Ухаживанию, — красноречиво скривился Яков. — Ты цветок приняла, но в волосы или декольте не воткнула. На нормальном человеческом языке: «Спасибо за предложение, однако, в постель я с тобой не потащусь». — Ну, надо же, как лаконично! И немому подойдет. — Я извиняюсь, но, в жизни всякое бывает, монна Зоя. — Просто, наш боцман так со своей женой познакомился, — качнулся ко мне капитан. — Потому что по-другому… стеснялся. — И до койки мы тогда не дошли. — Да что ты?!.. А-ха-ха-ха-ха! — Ой, Яков, вы меня извините. Я ведь не знала. — Да ладно, монна Зоя, — скосился тот на хохочущую во весь рот Сусанну. Вот и опять, считай, пообщались… Зато по слабо освещенной улице шли уже молча. Правда, был еще один диалог, на самом пороге «Фортуны» но, не со мной. Капитан нос к носу столкнулся со здешним владельцем «заведений». Высоким широколицым Шорохом. Толи имя, толи стиль жизни? Но, уточнять уже не хотелось — впечатлений хватило. Однако судьба моя, обильная на «раздачу страстей», посчитала иначе, вильнув обратным путем мимо ярко расцвеченной площадки. Первым чувством было: пол острова — тут. Такой ор стоял над притихшим портом. Но, набитые на мостках людские тылы, перевесившиеся через низкую огорожу, перекрывали собой всю полноценность картины. — Это — что? О чем кричат? Я не разберу, — и на всякий случай, подхватила боцмана под локоть. Тот прищурился на яркий свет. Потом зло сплюнул: — Еще одно местное барахло. — Какое… «барахло»? — Яков, прибавьте шаг. Мы и так уже запоздали. — Тише! — меня словно молнией от макушки прожгло. И я даже рот открыла. — Тише. Что они кричат?.. Вот, опять… Дахи… мама моя! — Зоя! Да кто ж теперь остановит?.. К краю площадки я кое-как протолкалась локтями.Прижав к груди сумку и потеряв часть шпилек. И, чтобы обратно не отнесло, намертво вцепилась в забор. А потом распахнула глаза… Местное барахло. Вот оно как. И, действительно, Дахи. Мальчик стоял на маленькой доске в самом центре круглого поля, на середине высоты вкопанного там столба. И совершенно мокрый. От этого мизерного пятачка к одной из сторон забора было перекинуто узкое бревно, неестественно блестящее под яркими фонарями. А внизу, прямо под мальчиком громко лаяли, задыхаясь в прыжках, три большие собаки. Очень похожие… — Божья кара. — Зоя, вы ума лишились! — капитан оказался у нужного места не лучше меня. — Да идите вы… |