Онлайн книга «Нарисую себе сына»
|
Зача недоуменно скривился: — Арс, объясняй толком. Я думал, вся канитель совсем из-за другого. Но, если дело в этом «круизёре»[14]то, какое отношение он имеет к Зое? — Так вы его сами знаете? — ответно распахнула я рот. Мужчины по очереди хмыкнули: — Лично не знакомы, но, наслышаны, — вновь развернулся Зача к штурвалу и с силой крутанул его вправо, выводя дрогнувший корабль на разворот. Арс, ухватился здоровой рукой за перила: — Не в этом дело. — А в чем же тогда? — последовала и я его примеру. — Виторио Форче тебя ищет. — Что?! — удивленно отозвались мы вместе с Зачей. — А то. Я сам мало что понял. В Белице, на погрузке, мне один надежный человек шепнул, что в порт вчера на закате из Канделверди заворачивала «Летунья» — его бригантина. — Бригантина? — Да, Зоя. И капитан «Летуньи» очень сильно интересовался нашей «Крачкой»: заходила ли она сюда прежде и, если «да», то, не было ли на ней светловолосой девушки. А я, кроме тебя у нас на галеоне больше светловолосых девушек не наблюдал. Поэтому, еще раз тебя прошу: вспомни. Да, что меня просить? Я его уже… «вспомнила». А теперь, к моей яркой грозовой картине, так приглянувшейся маэстро Бонифасу, недописанному в порту эскизу и сцене в кабинете опекуна добавилось и имя. Виторио Форче. Вот значит, как…Но, еще может быть… — Арс, а у этой «Летуньи» на парусе есть… — Капитан! Прямо по курсу! — Хобья воронка! — Да мать же твою. Да я и сама уже на свой вопрос ответила: красивая высокая бригантина, грациозной кошкой вильнувшая меж двух утесов на выходе в море, пошла на плавный разворот. Являя во всей красе и свои темные резные бока, и выбеленные паруса с пылающим факелом на среднем. — Мама… Мамочка, — оторвав онемевшие пальцы от перил, испуганно попятилась я вдоль мостика. — Я не хочу. — Зача! — Не уйдем, Арс! Не уйдем! — Да я… знаю. Тогда… — Тогда… Свистать всех наверх! Готовиться к «близкому контакту»[15]! — Арс, что это значит? Брат поправил на левом боку саблю: — А давай ко в нашу каюту, Зоя. — О-о… Да ни за что. — Вот только не надо сейчас… — Да пусть послушает, — хмыкнул Зача в сторону заходящей к нам вбок бригантины. — Спрятать успеем. Тем более, нас всех уже рассмотрели. Зоя, этот мессир, уж точно, сначала перед нами объяснится. На нашей территории. А лишь потом полезет в драку. Со своей. — Угу, — стало мне совсем нехорошо. — Я поняла… Хотя, дальнейшие события показали, что, не всё и не совсем. И сначала мы трое, спустившиеся для встречи «гостей» с мостика, лишь молча пронаблюдали, как те, один за другим, появляются на палубе «Крачки». Первым — сам капитан «Летуньи». Следом — его коренастый спутник в порту Канделверди. Последним — худой седовласый матрос, преисполненный пафоса за всех троих. Сам же «виновник торжества», обведя взглядом затихшую вдоль бортов команду, лишь скользнул им по моей физиономии и уперся в Зачу: — Виторио Форче, капитан «Летуньи». С кем мне говорить? — Зачарий Гоце, капитан «Крачки». Начните с меня. Дальше — посмотрим. — Хорошо… Капитан, я прибыл сюда с целью предъявить законные права на Зою Лино. — Даже так? — качнулся Зача вперед. — И в чем они… выражаются? — В документе, передающем мне право на опекунство над ней… — Мама моя… — Подписанном ее бывшим опекуном, — скосился на меня мужчина. — и заверенном местным нотарием. |