Онлайн книга «Ваш выход, рыцарь Вешковская!»
|
— Ого! Ник, отпрыгнув, позволил себе смешок: — Ха-х! А ты быстро учишься. Так я, пожалуй, проспорю. — Ах, сударь, — сдула я наглую прядь со лба. — На то уповаю, — и снова ринулась в бой. — Ну, уж — нет! — лязг металла об металл. И мой меч боком — в траву. Я лишь взглядом его проводила: — Это — как? — «Вертушка». Мой личный прием. Закручиваешь своим мечом меч противника и ребром выбиваешь, — и, воткнув в землю свой, подошел вплотную ко мне. — Я тебя потом научу… Ну что, кадет Вешковская? — Что, кадет Подугор? — снова эта наглая прядь на глаза. Все из-за нее, но… подумаешь. — Я так думаю, — пальцами мои волосы за ухо. — Раз прием мой был неожиданным, то и счет наш… «ничья». — А это значит? — Мы все равно с тобою целуемся. — Решение мудрое. Совершенно согласна, — сама запустила я пальцы в русые волосы Ника. И притянула к себе. — Агата, — обхватил он меня руками. — Ага? — Закрой глаза. — Нет. Я хочу видеть твои… — и больше нет ничего в этом мире… Ничего в этом мире… Ничего… — «Что же ты наделал, Ник?..Что же ты сотворил?» — «Что?.. Ага-та?..Агата!» — О-ой! — отдернув пальцы от прутьев ограды, уставилась я в пустое поле за ней. — Это… как? Это… всё этот город! — и развернувшись, понеслась по улице прочь… Как такое вообще удалось? Перекрыв все мысленные и внешние с ним контакты через семь лет «тишины» услышать запретный голос? Как такое случилось?!.. Вот же скобан, рыцарь Вешковская! Скобан! — Мама! Родительница моя на всех парусах выскочила из спальни: — Доча, что?! — Мама… мама, ты что, ревела? Та скосила в сторону предательски красные очи: — Ну, немножко. Я думала, ты меня… уважать перестала. После… — После чего? — уставилась я на нее. — А-а! Вот же глупости. Прекрати. Я тебя уважаю любую. Даже раскалашенную[8]. — Это… какую? — шмыгнула родительница «раскалашенным» носом. — Это?.. Ой, мам, я сама сейчас глупость огромную сотворила и теперь… — Опять собираешься отсюда бежать?! — как быстро-то она отошла! — Нет! Я решила сменить место жительства на… а к тетке своей махну, в Гусельницы! Там и предписания лекаря легче всего исполнять. И ты мне поможешь. — Доча, как? — Так я же теперь «безподвальная». Вот своим подвалом меня туда и забросишь. — Когда? — глаза навыкат и неожиданным басом. — Сейчас. — Ну, уж нет! Я сестру свою полгода не видела и мне нужно к встрече с ней подготовиться. Да и без подарка… А чтобы ей пода… — Мама! — Агата! Ты Гортензию нашу не знаешь. — Даю тебе десять минут! И не минутой… Через два с четвертью часа мы с мамой скромно торчали на высоком скрипучем крыльце. Ожидание, однако, затягивалось. Я, от нечего делать, решила пока осмотреться… Да… Уже — не деревня и точно — не город. Провинциальные Гусельницы. Северо-восток нашей, окантованной Рудными горами, страны. Широкая улица за калиткой. Приземистые, желто-веселенькие дома и лопухи вдоль низкого резного штакетника. Красота и раздолье. А прямо передо до мной, не считая материнской нервной спины — высоченный, серый от времени и ветров, деревянный… мавзолей? Терем? Курятник? Так вывеска же… «Ржавый гвоздь». В общем, родовое гнездо. — Катаржина!.. Агата? — где-то я сегодня уже слышала точно такой же удивленный вопрос. Только, на этот раз — с иллюстрацией. Будто широкое мамино лицо с медной гривой взяли и вытянули. Хотя,по-моему, тетка моя, с таким родилась. — Агата! Племянница! |