Онлайн книга «Ваш выход, рыцарь Вешковская!»
|
— Какой «Эрбе Чидали»? — развернулась я в проеме. — Ликер, что Ник тебе с собой прихватил, когда от меня в тот вечер пошел? Он сказал: «Иду к Агате»… — Ликер… — Ликер. Хороший, на травах. Мне всего пять бутылок деверь из северной Чидалии прислал на Уроженье. Букет то распробовала с твоим-то нюхом? Там и майоран и фенхель и мелисса. И мята горная. М-м-м… Распробовала?.. — Распробовала… Особенно… мяту. Пока, Хью. — Пока!.. О-хо-хо… о… хо-хо. Да мать же твою!!! И запустила мысленный вопль, вцепившись руками в перила: — «Ник!!!» — «Агата, ты чего?»— через томительные секунды прилетело мне назад встревожено-нервно. «Что случилось?» — «Нам надо поговорить. Ты где?» — «Поговорить?.. Агата, я сейчас… не могу. Давай, чуть попозже? Или…» — «Или почему? Почему ты не можешь? Ты где?» — «Агата, честно, сейчас — никак» — «Ах, так? Пока!» «Ксюха!.. Ксюха!!!» — «Агат, чего ты орешь? Защиту, вроде не завалила» — «Откуда ты знаешь?» — «Ну, так… логически вычислила. У тебя научилась» — «Ага… Поговорить надо. Ты где?» — «Агат, сейчас немного не вовремя». — «Почему?» — «Потому что… давай через…через…» — «Ты с кем там?» — «Да ни с кем. С тобой. Через четверть часа. Все, я не могу. Мне пора!» — «Ксюха!» — и ладонью по перилам хлобысь. — Да мать же твою!.. Да что же это происходит? — Агата, почему ты кричишь? — О-ох… Софико. Девушка, стоящая у крыльца, нервно поправила челку: — А я к тебе шла. А ты — здесь. — При-вет. Ну, хоть кто-то из нашей компании идет ко мне, а не наоборот, — набрав воздуха, шумно выдула я. — У-уф-ф… Можешь поздравить. А ты как? — Нормально, — опустила Софико карие с поволокой глаза. — Тоже можешь меня поздравить. И про тебя госпожа Макамли справлялась — ты две примерки уже пропустила. Или на бал не идешь? — С чего, вдруг? — соскочила я со ступеней крыльца. — А про примерки забыла… Завтра… примерку… Ну, что, куда пойдем? — А давай просто гулять? Погода то нынче… — Располагает, — хмуро констатировала я. — Давай. Начинай. — Начинаю, — внимательно глянула на меня Софико и первой направилась к тротуару. Я зашагала рядом. Сосредоточенно громка сопя: — А скажи, Софико? — О чем мне сказать? — Где все наши общие друзья сейчас могут обитаться? — Понятия не имею. Я сама их давно уж не видела. Только Году… сегодня… с утра. — А Ксюшу? — Что, «Ксюшу»? — Когда ты ее видела в последний раз? — Примерно неделю назад. Она, кстати, тоже пропустила примерку. Госпожа Макамли ругается, а на меня мама ворчит. Это ведь ее любимая портниха… Агата, ты к ней обязательно завтра… — А почему Ксю ее пропустила? — Не знаю. Она мне записку с Годой прислала, что приболела немного. И из комнаты — ни ногой. Года говорит, что-то у нее со… — и неожиданно смолкла. — С чем? — Не знаю. — Софико?! — Со свечением. Да я в ваших нюансахплохо ориентируюсь. И Года мне лишь буркнул два слова. — Какие?.. Софико?! — Агата, не кричи на меня. — Со-фико? — Два слова и те — на латыни… «Лорем ири». Кажется, так. «Радужный компромат». — Ага… — И когда ее такое смущало? Оно ведь у вас… — После акта любви… Несколько дней… И, действительно, «когда»? — встала я посреди тротуара. — А, знаешь, я уже нагулялась. — И что? — хлопнула ресницами та. — И пойду сейчас снова к себе… Пока. — Агата! Но, я ее больше не слушала, ступив из подвала сразу на… — О-ох! А я тебя как раз жду! — поддернул ногу, замерший на казарменном крыльце Года. |