Онлайн книга «Тайны темной осени»
|
— Я когда ехала в поезде, — тихо объяснила я, — проводницей там была Келена, Кэл. А это её сёстры… — Бандитские совершенно физиономии, — вздохнула мама, рассматривая гарпий. — Бабкоёжистые! Ну, да-а. Носы у всех у них никак не могли похвастаться миниатюрностью и изяществом. — Они хорошие, ма, — заверила я родительницу. — Правда, хорошие. Не рассказывать же ей, кто они такие на самом деле! Оля, опираясь на трость, пригласила всех в машину: поехали к нам, посидим уже там. Сёстры, как ни странно, согласились. Я ждала, что откажутся, зачем бы им, в самом-то деле. Не отказались, и от сердца отлегло. Я покормила малышку, и теперь носила столбиком. На кухне шли разговоры, как-то мама и Оля нашли с гостями общую тему; я не вникала. Вряд ли они обсуждали меня. Я слышала, как Кэл ответила маме, достаточно жёстко: Римма не рассказывала вам, значит, и мне ни к чему. Это мама пыталась про папу Настюшки вызнать окольными путями. Не получилось. Кэл уже знала о моей версии: опер, случайная любовь, все дела. «Мама моя вряд ли поверит в правду, Оле я пыталась рассказать — ничего хорошего не вышло, при первом же намёке на истину она замкнулась в недоверии. Пришлось сказать, что я фантазировала, и вернуться к основном версии». Кэл кивнула, понимаю, мол. И, надо думать, передала сёстрам. Так что за легенду я быласпокойна. На кухне обсуждали фильмы, политику, события светской жизни, Элла рассказала пару смешных случаев из своей практики, Оля — из своей. Кэл сварила кофе. Я ходила с дочкой по балкону, прислушивалась к доносящимся сквозь приоткрытые двери комнаты разговорам, и мне было удивительно спокойно и радостно. Так спокойно и так радостно, как никогда ещё, пожалуй, в жизни. Младшая Мрачнова возникла возле локтя неожиданно. Не было, не было её, и вот. Она умела бесшумно двигаться. — Не возражаешь? — спросила у меня, вставая рядом. — Хороший вид… — Нет, — ответила я. Мы молчали, смотрели на солнце, пробивающееся из-под краешка туч — оно уходило направо, на закат, и по озеру бежала золотая ослепительная дорожка, прямо к нашему балкону. Хочешь, шагай с перил на неё и иди, покуда хватит сил, к несбыточному. Но, скорее всего, придёшь не в сказочный, сверкающий солнечным сиянием рай, а на берег чёрной реки, к деревянной лодке, ждущей тебя у остатков старого причала. И горе, если не принесёшь с собой в ладони монетки, вложенной любящим родственником на прощание! — Оки… Оксана. Можно спросить? — Да, — кивнула она. — Почему медицинский? — выпалила я. Гарпия-врач — это нечто, выходящее за грани разумного. Они же хищницы! Они же пакостницы! Похитительницы душ. И вдруг — врачом. — А почему нет? — вопросом на вопрос ответила младшая Мрачнова. Действительно. Почему бы и нет… — Я буду хирургом, — продолжила она. — У нас уже третий курс, много интересного преподают учителя. Была и практика, и в морг водили. Мне нравится. — Странновато всё-таки для… ну, ты же сама понимаешь, кто ты, — честно призналась я. — Почему? Она положила ладонь на перила. Смотрела в закат и улыбалась, улыбка красила её необыкновенно, рождая трогательные ямочки на щеках. — Не знаю, как сёстры, — сказала наконец Оксана, — а я рада, что Дверь вынесла меня именно сюда. Ваш мир предоставляет свободу. Полную свободу выбора. Только ты решаешь, — ты сама! — кем тебе быть. Тварью, пожирающей души, или врачом, души спасающим. Понимаешь? |