Онлайн книга «Роза для навигатора»
|
Встретились два одиночества. Кому сказать… — А теперь целуйтесь, — властно приказали нам. Пожар угасал, доедая останки гаража и прилегающего к гаражу сада. Взрыв получился что надо. Как его спишут на удар молнии, я не знала и не хотела знать. А на уцелевшем дереве висел вниз головой, укутавшись в крылья на манер летучей мыши и зацепившись ногами за толстую ветвь, старший Типаэск. Я узнала его не столько по обручу на шее, сколько по ментальному эго-образу: мощь и ярость, во всей красе. Типаэск раскрыл крылья и перепорхнул с дерева вниз, на землю. Бабочка-переросток… багровые блики на тонкой плёнке брони, покрывавшей нежную поверхность каждого крыла… прекрасное лицо, застывшее в неописуемом лютом бешенстве. — Целуйтесь, кому говорят! Иначе зачем мы снова упустили Сиренгео?! Я превратилась в сплошной, заполненный болью, вопрос. Дарух тоже молчал. Что тут еще скажешь? Кроме обсценного монолога насчёт ситуации вообще. Но и тот я предпочла проглотить. Можно подумать, матом что-нибудь теперь исправишь… — Ты просил нас найти твою девушку, Дар. Мы её нашли. И где благодарность? — Спасибо, — коротко сказал Дарух, беря себя в руки. Так они знали! Чёртовы насекомые, оба-два, папаша с сынулей. Знали с самого начала?! Ещё одна волна ужаса осознания накрыла меня с головой. Мне позволили в нарушение всех законов открыть хроноканал в двадцать первый век. Меня вели! С самого начала это была операция спецслужб Альфа-Геспина. Господи, да они за мной-то прилетели на наш стационар в пространство маресао именно затем, чтобы я сейчас хватала ртом опалённый воздух как выброшеннаяна берег рыба! — Так надо было, — отрезал Типаэск, подтверждая мои ужасные догадки. — Надо было дать прошлому остаться в границах прошлого. Но мы упустили мерзавца Сиренгео! Они и Даруха вели тоже, поняла я. Давно знали, кто я такая, кто такой он. Но — держали в секрете. Ход и истории… — Сиренгео мы упустили исключительно из-за вас, голубки. Ума теперь не приложим, что делать дальше. Возвращаемся на базу! «Голубков» я проглотила. Дорогу до Башиля толком не запомнила. В душе моей шёл снег. Крупными хлопьями. * * * Дампы, снятые с Сиренгео в режиме множественного безумия, как окрестили изобретённый мною приём Типаэски, выковыривали из моей бедной головушки несколько дней. Все эти дни я была как под наркозом: наступило эмоциональное выгорание, как назвали моё состояние врачи. — А что вы хотели, Маршав? — сердито спросил у меня старший Типаэск, заглянувший узнать, как у меня идут дела. — Вы повели себя максимально безрассудно и глупо, радуйтесь, что остались в живых… Я согласилась. На словах. Но радоваться не смогла, не хватило душевных сил. Мне ничего не хотелось. Я ни о чём не думала. Всё, на что я была способна сейчас, это большую часть времени лежать носом в стену и — нет, даже не страдать! — не думать ни о чём… Кто-то приходил ко мне, теребил меня, пытался со мной заговаривать, кажется, Кев, Дарух, кто-то ещё… но кто… что… о чём… Жуткое состояние. Впрочем, никакой жути я тогда не испытывала. Я не ощущала и не воспринимала ни-че-го. Совсем. Но однажды бетонная серость тотальной апатии треснула, пропуская солнечный свет. Меня позвали по имени. Маршав Сапураншраав. Называя этим именем снова и снова. И я неохотно повернулась, голос был очень уж знакомый, повернулась, чтобы посмотреть, кто это такой и вяло объяснить, куда ему стоит идти и чем там заняться. И серая пустота вдруг треснула изумлением. |