Онлайн книга «Дочь княжеская. Книга 3»
|
— Глупо, — отмечает детский голос. — Но по слову твоему, да будет. Жаль, что с Браниславной подобное не произойдет. Она своего никогда не упустит. — Она-то? Мила, вы неправы. — С чего бы вдруг? Я ее по Звенящим Ручьям помню, вот где сталь на огонь налетела, мало не показалось даже своим, что о врагах говорить. — Да нет же, — возражает Млада. — Это не та Хрийзтема! — Как это — не та? — безмерное удивление, взгляд, пристальный, исполненный силы, сканирующий. Хрийз приподняла веки и напоролось на взгляд Милы как на острие ножа голой ладонью. В пещерном полумраке бледное лицо неумершей слегка мерцало своим собственным призрачным светом. Глаза казались черными провалами, рот — безгубой щелью. Как будто сквозь живые черты прелестного ребенка проступает отвратительный мертвый череп, само воплощение стихии Смерти. — Действительно, не та, — говорит Мила, и Хрийз чувствует, как отпускает ее прицел чужого взгляда. — Надо же. Не думала, что у Браниса может появиться еще одна дочь… Хрийз обессилено уронила голову обратно на камни. Ее снова утягивало в сон, в сон, забирающий так много магических сил — все они шли на поддержание защитной сети. Косматые призрачные волны по колено. Жаркий ветер. Медленно уходящие в толщу туманной не-воды мосты. Ипо каждому мосту надо пройти, от края до края, от одного берега до другого. Островки, за которые цепляются мосты, тоже тонут, уходят из-под ног… Надо спешить. Надо. Неважно, что уже не хватает дыхания. Неважно, что раскаленный воздух выжигает грудь. Надо идти. Надо спешить. Где-то вдалеке кто-то тонет. Без звука, без крика. Тонет в дымной волне, и она его разъедает, делает бесплотным силуэт, вымывает из него все краски. И надо свеситься с моста почти в полный рост, чтобы достать хотя бы кончиками пальцев. Или уж упасть и утонуть вместе. Почему-то важным казалось это странное «вместе». Кто ей тонущий? Лица не разглядеть. И с моста не сойти и на мосту не остаться. Тонкий золотой луч по гребням волн, чистое бледное золото, тускло отсвечивающее в бестеневом зыбком мире благородным металлом. Когда появилось, откуда? Неважно. Сойти, пробраться по ненадежной тропинке и схватить за руку в самый последний момент. Золотая тропинка просела под тяжестью тела, и злые волны обрушились на голову, но Хрийз успела, успела, успела схватить тонущего. Схватить и уже не отпустить, как бы ни крутили, как бы ни старались разбить обоих на части волны… Хрийз вскинулась в холодном поту. Поднесла ладони к лицу — пальцы дрожали. Пережитая во сне жуть не спешила уходить. Но еще сильнее оказалось чувство, что надо встать и спешить. Встать. Спешить! — Куда на этот раз собралась? — угрюмо спросила Млада. — Где Мила? — спросила Хрийз. — Ушла. Сказала, что долго с нами здесь не выдержит, и ушла на Г рань. Я ей крови дала, на удачу и для доброго перехода… Хрийз заметила самодельную повязку на запястье у Млады, и поежилась. Она-то хорошо знала, насколько опустошительным может быть укус упыря, даже дружеский, даже для чуть-чуть попить. — Пусть ее, — продолжила Млада. — Нам с ней очень нелегко пришлось бы. Смогла уйти, хорошо. Может, сожрет там кого из этих… все другим легче станет. Эй, ты куда? — Надо, — не оборачиваясь, бросила Хрийз. — Да что ж тебе на месте не сидится, — с досадой выговорила Млада, подхватывая свое единственное оружие — лопату. — Может, тебя стукнуть? Полежишь, в себя придешь. |