Книга Маска юности, страница 121 – Анна Роквелл

– Саманта? – удивленный голос Оливера раздался за спиной.

Я испугалась, ойкнула и пристыженно поставила бутылку с сиропом на место. Медленно повернулась, будто меня поймали на месте преступления.

– Почему ты не в школе? – строго поинтересовался мужчина. – Или занятия уже закончились?

– Меня отпустили, – пискнула я. – Я очень плохо себя чувствовала.

Я постаралась придать своему лицу максимально страдальческий вид. Но, похоже, получилось не очень хорошо, поскольку Оливер расхохотался.

– Да, а в этом ряду продаются прописанные тебе лекарства?

Он хохотал так беззаботно, что я расслабилась. Меня никто не собирается отчитывать и тем более сдавать родителям.

– Каждый лечится как может, – пожала плечами я и снова взяла с полки мятный сироп.

– У тебя и правда глаза какие-то опухшие. – Мужчина внимательно изучал мое лицо. – Грипп?

– Грустный фильм. – Я не стала врать.

– Никогда не понимал страсть женщин к слезливым фильмам. Вы ведь знаете, что будете рыдать, у вас испортится настроение. Зачем же вы их смотрите?

– Не знаю, – пожала я плечами. – Представляем себя на месте героинь. Хотим почувствовать, что нас любят, да так сильно, что горы могут свернуть.

– Драмы в жизни не хватает? – покачал Оливер головой и покосился на мою тележку. – У тебя ожидаются гости?

– Нет, просто я сладкоежка, – насупилась я. – Голодная сладкоежка.

– Если голодная сладкоежка не против, то я могу накормить ее обедом. Я все еще в неоплатном долгу за греческий ужин.

Наверное, мне стоило отказаться. Наверное, стоило свернуть разговор и бежать со всех ног. Но мне было слишком грустно весь день, чтобы отказываться от шанса поднять себе настроение. Поэтому я кивнула.

– Тогда встретимся через пару минут у выхода. Мне нужно еще кое-что взять в мясном ряду. Увидимся! – Оливер быстрым шагом поспешил за оставшимися покупками, а я направилась к кассам.

Обедать в общественном месте со взрослым человеком, не являющимся моим родственником, было немного странно. И пусть мы всего лишь сидели в фуд-корте, поедая гамбургеры из «Макдональдса», странности это не отменяло. Кажется, я все больше срастаюсь с ролью подростка, раз меня беспокоит, что о нас подумают окружающие люди.

«Саманта, прекрати! – обругала я сама себя, отправляя картошку в рот. – Никто в целом мире не подумает, что вы пара! Как бы тебе того ни хотелось, это только твое больное воображение. Скорее уж старший брат с сестрой или, на худой конец, папа с дочкой. Выброси уже эти идиотские мысли из головы!»

Но не думать о таком было очень сложно. Просмотренный фильм был еще свеж в памяти, расстроенное сердце просило нежности и внимания, да и светло-зеленые глаза человека напротив задачу не облегчали.

В отличие от вчерашнего вечера, сегодня Оливер с лихвой оправдывал звание покорителя девичьих сердец. Вы только представьте: белая рубашка с расстегнутыми верхними пуговицами, подвернутые рукава, очки на носу, а завершает образ потертая байкерская куртка, небрежно брошенная на соседний стул. Да любая девчонка бы умерла от зависти, узнав, что такой красавчик пригласил меня на обед. А его отеческое ко мне отношение – несущественная деталь.

Кстати, засматривались на Оливера не только девчонки. Приветливая улыбка красавчика Мерфи магически действовала на кого угодно. Девушка за стойкой в «Макдональдсе» непроизвольно поправила волосы, прихорашиваясь, стоило Оливеру встать напротив. То же происходило с дамами за столиками, когда его взгляд блуждал по залу, выискивая нам место.