Книга Строптивая в Академии. Практика истинной любви, страница 66 – Ольга Грибова

Неприятно, когда тебя обсуждают в твоем же присутствии так, будто тебя нет. На консилиуме преподавателей я вкусила это ощущение сполна. Нам с Вэйдом разрешили остаться при одном условии — мы будем сидеть в сторонке и помалкивать. Мы, не раздумывая, согласились.

В итоге нам отвели два кресла в углу кабинета, а четыре преподавателя во главе с ректором устроились вокруг его рабочего стола.

— Предлагаю разобрать каждое из испытаний студентки Арклей, — первым взял слово ректор.

Госпожа Эрей тут же зашуршала бумагами:

— У меня все записано, — заявила она.

Признаться, такой интерес преподавательницы к моей скромной персоне настораживал.Она, конечно, здорово мне помогла, но создавалось впечатление, что госпожа Эрей немного мною одержима.

— Отлично, — кивнул ректор. — Будем двигаться по порядку. Итак, первое испытание было на предпочтение. Что выбрала студентка — магию, физическую силу или смекалку?

Госпожа Эрей, заглянув в свои записи, ответила:

— Диондра перебралась на другую сторону рва по канатам.

— Значит, физическая сила, — сделал вывод господин Эриссон и что-то пометил в своем блокноте.

Слушать их было интересно. Я и не подозревала, что у испытаний такой скрытый смысл, и все гадала, как же назначают специализацию. А вот, оказывается, как.

— Физическую силу обычно выбирают мои студенты, — заметил декан Боевой кафедры. — Они привыкли полагаться на мускулы.

После его слов я напряглась. Если у меня боевая специализация, то моим куратором станет Крис. Что-то мне это не нравится. Вэйд тоже нахмурился, видимо, подумав о том же самом.

— Все верно, — поддержал ректор. — Но мы не можем назначить студентке Арклей боевую специализацию, ведь в схватке с мантикорой она не применяла силу, а предпочла умиротворить животное ментальным воздействием.

Фух, и я, и Вэйд одновременно вздохнули с облегчением.

— Подобное свойственно менталистам с благоприятным фоном, — подметила госпожа Эрей.

— А еще она спасла своего сокурсника, — напомнил декан нашей кафедры. — Это говорит о высоком уровне эмпатии и общем светлом фоне магии.

— А лабиринт она тоже разрушила светлой магией? — вспылил декан Боевой кафедры. — Это был чистый выброс черной менталистики!

— Боевая магия абсолютно не совместима с благоприятным ментальным фоном. Святые угодники, это как соединить огонь и воду! Немыслимо, — всплеснул руками господин Эриссон.

— Не стоит забывать про сателлита студентки Арклей, — произнес декан Боевой кафедры. — Эта птица сильнее, чем кажется на первый взгляд. Преступление тратить такой потенциал на банальное благостное воздействие!

— Коллеги, умоляю, давайте без эмоции, — вздохнул ректор.

Похоже, этот разговор у них не впервые. Я только головой крутила от одного преподавателя к другому. Никогда бы не подумала, что мой случай настолько запущенный. Но я же не специально! Я просто действовала по наитию. Именно так нам велели проходить испытания.

— Во что ты опять вляпалась? —раздался встревоженный шепот Вэйда.

Повернувшись к нему лицом, я пожала плечами. Хотела бы я сама знать, что происходит.

Хоть нам и велели сидеть молча, на нас не шикнули. Все потому, что спор перешел на повышенные тона. Каждый преподаватель до хриплого горла отстаивал свою точку зрения — какую, по его мнению, специализацию мне следует назначить. Причем у всех были веские аргументы. Я сама не знала, кому отдать предпочтение. Вот и ректор растерялся.