Книга Строптивая в Академии. Практика истинной любви, страница 104 – Ольга Грибова

— Ты в порядке? — придерживая меня за плечи, Вэйд заглянул мне в лицо.

— Я не хотела, — это все, что я могла ответить. Как заведенная я все повторяла и повторяла: — Я не хотела, я не хотела, — меня заклинило на этой фразе.

Сначала говорила шепотом, а потом все громче и громче. Пока мой голос не разнесся по всему залу. Это была истерика, и Вэйд, обняв, с силой прижал меня к себе. Я уткнулась лицом в его грудь, по-прежнему повторяя, но уже снова тихо: «Я не хотела…».

А потом все потонуло в звуках сирены. Вой ударил по барабанным перепонкам, приводя всех в чувства.

— Облава! Облава! — студентов накрыла паника, все заметались, как в прошлый раз.

Но убегать было поздно. Выходы уже перекрыли смотрители Академии. Руководил ими лично ректор. Бодрым шагом он вошел на арену, но при виде Грэйс, споткнулся. Быстро оценить ситуацию ему помог арбитр. Смотрители привели его, и он пересказал, что здесь произошло.

И закрутилось. Носилки для Грэйс, выговор для всех студентов, стража для меня. Вэйда оттеснили в сторону, как он ни упирался. А что теперь будет со мной, я даже предположить не бралась.

Я едва помню, как мы перенеслись обратно. Ректору не понадобился проход, он взмахнул рукой, и шахта сменилась стенами Академии. Пара шагов — и мы у кабинета ректора. Но все это прошло мимо моего сознания. В какой-то момент я просто осознала, что сижу в кресле, но не в углу, а прямо посреди кабинета.

Вокруг стояли преподаватели с ректором во главе. Сведенные брови, поджатые губы… меня окружали сплошь хмурые лица. Все те же, что были при обсуждении моей специализации. Похоже, это совет Академии. Госпожа Эрей тоже присутствовала и выглядела озабоченной. Я будто попала на суд, и сейчас мне вынесут приговор. Неужели на моей стороне никого?

Впрочем, даже я винила себя в случившемся,что уж говорить о других. Как бы мы ни враждовали с Грэйс, потери сателлита я ей не желала. Это же практически смерть! Магическая уж точно…

Пробежавшись взглядом по собравшимся, я вздрогнула, узнав Вэйда. Какое счастье, что он здесь! Я хотя бы не одинока.

Но радость длилась недолго. Не я одна заметила Вэйда.

— Даморри, а вы что здесь делаете? С вами разберутся позже, — ректор указал Вэйду на дверь и добавил со вздохом: — Куратор, участвующий в турнирах сателлитов, это позор. Какой пример вы подаете студентам?

— За свои поступки я отвечу, — произнес Вэйд, не двинувшись с места. — Но сейчас я останусь. Все происходящее с Диондрой касается меня напрямую.

— Ладно, — смирился ректор, — будете свидетелем. В конце концов, вы тоже там присутствовали и можете рассказать что-то полезное.

Получив разрешение, Вэйд шагнул ближе к креслу, где я сидела, и встал рядом со мной. Сразу стало легче.

Наконец, и на меня обратили внимание. Точнее, с меня и так не сводили глаз, но заговорить опасались. Словно я — взведенный арбалет. Одно неловкое слово или резкое движение — и выстрелю.

Первой не выдержала госпожа Эрей. Возможно, посчитала, что уж ей-то я не причиню вреда, все-таки она была добра ко мне. Тут она права — зла я ей не желала, но и уничтожение сателлита Грэйс я не планировала. Кто знает, на что еще я способна? При этой мысли по спине пробежал холодок. Если меня решат изолировать, я не стану их осуждать.

— Диондра, дорогая, — осторожно обратилась ко мне госпожа Эрей, — расскажи нам, пожалуйста, что случилось.