Книга За пределами моря: тайна невесты-русалки, страница 2 – Антонина Штир

— Слушай, Ритан, — обратилась я к знакомому русалу, — вы внутрь не заходили?

Он взглянул на меня, как на дуру, и покрутил пальцем у виска.

— Мы ж не совсем идиоты — щит туда не пролезет, а без него соваться — самоубийство чистой воды! Или, может, тебе жизнь надоела, так давай, лезь!

— Ну так и я вроде не дура, просто спросила. Эбби говорит, крабы пропали.

— Не пропали — заглянули в дырку и в пепел превратились. Можешь сама проверить.

Я подплыла к пробоине сбоку, осторожно заглянула внутрь. Что-то тёмное виднелось внутри, камень, что ли. Нет, вроде не камень. Надо бы взглянуть поближе, вот только как?

— Ритан, а может, расширим пробоину, сделаем её побольше? — предложила я. — Чего тут стоять и ждать, надо действовать!

— Ага, и то, от чего бегут рыбы и дохнут крабы, вырвется наружу. Вот всегда ты лезешь куда не просят, Ула!

— Ну а если осторожно, просто чтобы увидеть, что это? А, Ритан?

Он досадливо отмахнулся от меня, и я поняла, что ничего они делать не будут. Ну и ладно, сама справлюсь.Надо подплыть туда со стороны палубы, через люк, ведущий в трюм.

Я обогнула русалов и бестолково мечущихся русалок, проигнорировала окрики позади. Может, именно я буду той, кто всех спасёт, а если нет, хотя бы узнаю, что там за штука.

Палуба судна прогнила насквозь, крышку люка когда-то сорвало с него, видимо, во время шторма, благодаря чему я легко проскользнула внутрь. Почему-то русалы не любят сюда заплывать, а вот мы с Эбби облазили корабль вдоль и поперёк в своё время. Тут много любопытного и странного, конечно, тоже много.

Вокруг валялись разбитые бочки, сундуки, пол был усыпан чёрным порошком, от которого щекотало в носу и хотелось чихнуть. Это место я всегда проплывала без интереса, разве что останавливалась у одного из сундуков, из которого ручейком высыпались блестящие жёлтые кружочки, словно маленькие солнышки. Кажется, отец говорил, что люди их очень ценят, и не удивительно — они красивые.

Море уже завоевало корабль, присвоило его себе: проросли сквозь днище морские водоросли, ракушки облюбовали стены и обломки досок. В тёмном помещении лишь у самой стены что-то неярко светилось.

Похоже, это она, та самая штука. Подплыв ближе, я уставилась на шарик размером с морского ежа, укреплённый на подставке… Серебряные молнии пронизывали его насквозь, или, возможно, исходили из него — не понять.

— Что ты такое? — задала я вслух вопрос. — Зачем ты убило крабов?

— Ула, отойди от него! — услышала я за спиной.

Ритан загородил меня щитом, отодвигая от шарика. Он поплыл за мной, кто бы знал, что этот русал такой заботливый.

— Я же его не трогаю. Похоже, шарик сломался.

— Не думаю, — возразил Ритан. — Он кажется живым и мыслящим.

— А разве умеют предметы думать?

— У людей всё может быть. На суше тоже есть колдуны.

— Тогда мы должны уничтожить эту штуку. Шандарахни её чем-нибудь, Ритан.

— Нет, нельзя. Мы должны отнести её колдунье с утёса. Надо придумать что-то, чтобы не трогать руками.

Я взглянула на щит Ритана.

— Так вот же оно! Положим щит на пол, на него скинем шарик, ну хотя бы палкой, а сверху накроем… Хотя погоди, есть идея получше.

Вихрем пронеслась мимо изумлённого Ритана, наклонилась к сундуку с солнышками, высыпала остатки на пол. Тяжёлые какие, чуть руки не оторвали!

Сундук я прихватила с собой. Он былсовсем маленький, как раз по размеру шарика.