Книга (Не)настоящая истинная, или Избранница повелителя драконов, страница 49 – Мила Синичкина

Демократия отсутствует не только в королевстве людей. У драконов правители сменяются и вовсе гораздо реже, ведь живем мы непозволительно долго. Соглашаясь на авантюру отца пять лет назад, я не хотел иметь двойной титул, надеялся на то, что он так и останется повелителем гигантскихогнедышащих ящеров, но не срослось.

Не один Девил поступил неправильно, отстранившись и предпочтя лелеять обиду вместо того, чтобы все решить сразу на месте. Я поступил точно так же, забрав с собой лояльных к людям драконов. Меня успокаивала наивная мысль, что моих сторонников гораздо больше, чем противников, что банда Девила со временем увидит, насколько жизнь с нами лучше, чем с ним. Но я ошибся.

Едва ли кто — то на что — то смотрел. Вот честно. Пять лет по меркам дракона — все равно что пару недель для человека. Наверняка Девил и его компания к нам даже не спускались ни разу!

В длительный заговор Девила и жреца я не верю. Скорее всего последний сам нашел Девила, узнав о печати. Все — таки у божественного служителя много магических артефактов, которые он получает не совсем честными путями.

Так что тут одно навалилось на другое. Как и само появление Девила.

На самом деле виноват во всем один я. Повел истинную в пещеру, побоялся, что не смогу после закрепить связь, а в итоге об Агнесс узнали все драконы. И Девил.

— Ничего, теперь — то я точно сделаю все, как надо, — бормочу себе под нос, заметив группу искомых ящеров.

Агнесс

Иду на свет примерно с такой же надеждой, как путник в пустыне, увидевший вдалеке оазис. Душа ликует от того, что наконец — то измученный организм получит живительную влагу, а разум осознает, что оазис может оказаться миражом.

Кстати, и мне бы попить, хоть здесь и не жарко, к счастью, но естественные потребности организма никто не отменял.

Сейчас я как никогда олицетворяю собой мотылька, летящего на свет. Ведь его чаще всего в конце ожидает смерть, но он об этом не знает, все идет и идет.

— Хватит! — громко кричу, останавливаюсь и бью себя по щекам. — Я отсюда выберусь! Свет мне не мерещится, он приближается, значит, это не мираж.

Делаю глубокий вдох и продолжаю шагать, тщательно контролируя дыхание. Не знаю, кто создал это место, но я бы сюда отправляла всех, кому нужно крепкое ментальное здоровье. Естественно, я бы давала запасы и не держала бы тут дольше нескольких часов. Но это я.

Когда и если я выберусь отсюда, надо будет подкинуть идею Александру, пусть своих ближних прислужников отправляет нервы укреплять. Рядом с правителем не должны находиться жидкие личности, им же самим небезопасно.

— Ого, — резко останавливаюсь, скорее интуитивно почувствовав, нежели увидев, обрыв, — а здесь неоднородный рельеф. Прямо как в нормальном мире. Может, тут и вода есть?

Задаю риторический вопрос и осторожно опускаюсь на четвереньки. Самый простой путь до источника света пролегает как раз здесь. Я не знаю, смогу ли я пройти в обход, и сколько времени это займет, так что нужно понять, могу ли я спуститься прямо тут.

Мне везет. То ли удача решает побыть немного на моей стороне, то ли в этом месте нет скал, и горы представляют собой землянисто — песчаные склоны. Обрыв небольшой высоты, и он лишь в начале. На сантиметров пятьдесят ниже начинается плавный склон, как детская горочка для зимнего катания.