Книга Выбор зверя, страница 15 – Александра Мауль

Признаюсь, у меня ощущение, будто Крэйвен влюблён в Солен, в пару своего брата. Но, в этом нет ничего удивительного. Помню, как Марлон влюбился в подругу Джейса и они сильно подрались. Правда, она не могла определиться и давала надежду одному и второму, а, в конце концов, выбрала совершенно другого.

Поднимаюсь и направляюсь в ванную, чтобы привести себя в порядок. Марлон обещал, что привезёт сегодня вечером мои вещи. Они даже не дали мне заехать домой и собраться.

В ванной Крэйвена полно женских штучек: шампуни, крема, в одной из тумбочек нахожу большой запас одноразовых щёток, а также здесь целый ящик женской одежды.

Не сдерживаюсь и закатываю глаза, потому что все эти футболки и джинсы даже после стирки хранят аромат тех, кто их носил. И должна сказать, что эти вещи принадлежат разным девушкам.

Выбираюсь из ванной и застаю Крэйвена на кухне.

Замираю, когда поворачивается ко мне и дарит широкую улыбку. Он в одних спортивных штанах серого цвета и я чувствую, как мои щёки заливает румянец.

Не то, чтобы нагота была какой-то проблемой для меня, это частое явление, особенно после возвращения ликана в человеческую форму, просто сейчас всё совсем иначе.

Для меня.

Крэйвен выглядит довольным, его золотистые волосы пребывают в беспорядке, некоторые пряди падают на лоб. Опускаю взгляд на его шею, скользя по гладкой груди, мускулистым плечам, опускаюсь к животу и, кажется, краснею ещё сильнее от того, как перекатываются его мышцы, когда он делает шаг вперёд.

— Что-то не так? —спрашивает он, и я поднимаю взгляд к его лицу и тут же хочу застонать. Выражение его лица такое, что хочется ударить чем-то тяжёлым по голове, чтобы убрать эту самодовольную улыбку. Он стоит с таким видом, будто рад, вот-вот скажет, "ну наконец-то, ты вспомнила, где у меня глаза". — Твои эмоции очень сильны, и я даже не знаю, как на них реагировать.

— Будет достаточно, если ты наденешь футболку, — хрипло произношу я. От смущения в горло, словно песка насыпали. Мы давно и близко знакомы с Крэйвеном, но никогда прежде я не оставалась с ним наедине. Да и вот таких моментов у меня с ним никогда не было.

Ни с одним мужчиной.

Меня даже никто не целовал, потому что отец оберегает, возможно, чтобы возросла моя значимость.

— Мер, смущение свойственно людям, — говорит он, а затем задумчиво смотрит в сторону, — и то не всем. Я ликан, — говорит он и снова смотрит на меня, — И ты ликан. Нагота — эта часть нашей жизни, ты не раз видела меня после обращения. А сейчас я вообще очень сильно одет, по сравнению с теми разами. Что изменилось сейчас? — спрашивает он и воздух между нами меняется, когда делает ко мне ещё один шаг. Он издевается, давит на меня, потому что нравится наблюдать за моей реакцией.

— Крэйвен, — предостерегаю я и делаю шаг назад.

— Ладно, — сдаётся он и поднимает руки — я просто не подумал, что это как то… ну знаешь, я не привык одеваться по утрам, особенно когда в моей квартире девушка. Никто, кстати, до тебя не жаловался, — говорит и прекращает на меня смотреть.

Идёт к столу, ставит две чашки кофе, и жестом приглашает присоединиться.

— А я и не жалуюсь, — вылетает раньше, чем я могу себя остановить. Прикусываю язык и опускаю глаза в пол. Лицо горит, когда присаживаюсь за стол, и, к счастью, Крэйвен никак не комментирует это.