Книга Выбор зверя, страница 102 – Александра Мауль

Я также попросил Хэйдэна потренировать мою пару.

Мередит смелая и неплохо справляется, но я хочу, чтобы держалась увернее и била точнее.

Он с радостью согласился, потому что обучает и свою пару тоже.

Пару.

Прошёл год.

И за это время многое изменилось, и у Хэйдэна появилась пара.

Нам с Мередит оказалось не до скуки, когда нашему вожаку бросил вызов вожак другой стаи Эмилиус, и мы с удовольствием в компании остальных наших близких наблюдали за метаниями Хэйдэна и их драмой с его парой.

Похоже, никто из нас не собирается выбирать свою пару просто.

Тяжело вздыхаю и провожу руками по волосам.

Мы в подвале дома Локвудов. Здесь нет ни одного советника и никого из охраны моего вожака. Только Джонатан, его сыновья: Каспиан, Крэйвен, Сэмюель. Виктор, Хэйдэн и я.

Всё, как и в прежние времена.

Пока мы вместе никто не может сломить нас. Бросаю взгляд вглубь и замечаю в одной из камер Саймона.

Саймон. Близкий друг и советник Джоантан и есть тот самый предатель.

Тот, кто подталкивал меня бороться за Мередит.

Сжимаю руки в кулаки и издаю рык, когда понимаю, что на самомделе стояло за этим порывом помочь мне соединиться по любви.

Он сидит у стены на деревянной скамейке и смотрит на нас исподлобья.

Здесь становится жарко и тяжело дышать от сильных эмоций моего вожака, его доминирующая сила не сравнится по силе ни с одним из нынешних вожаков, в основном потому что он гораздо сильнее любого ликана.

Джонатан ведь не просто сильнейший ликан и вожак моей стаи, он сын Вильгельма, первого из ликанов.

Вильгельм был первым ликаном, который создал нашу расу. Но до того как превратится в зверя он был человеком. Он женился не по любви, а спустя почти пятнадцать лет, встретил женщину, в которую влюбился с первого взгляда. Это любовь поглотила его, и он оставил жену и сына, погрузился в свою возлюбленную. Мередит, так звали жену Вильгельма, была безутешна и очень страдала от предательства мужа, поэтому, когда больше не могла терпеть боль от его предательства, то обратилась к чёрной магии и прокляла неверного мужа. В ту ночь он медленно превращался в зверя. Каждая косточка его тела медленно и мучительно ломалась, причиняя боль, его звериная сущность выбиралась наружу.

Спустя время, Вильгельм всё же смог обуздать своего внутреннего зверя и найти гармонию. Он снова вернул себе рассудок и прославился как искусный дипломат, а после встретил свою истинную. Татью, которая полюбила его, приняла и исцелила. Когда сыну Вильгельма исполнилось восемнадцать, проклятье отца пробудилось и в нём.

Вильгельм пытался успеть, потому что подозревал, что проклятье могло коснуться и его, но опоздал. К его приезду поместье было в огне, и все его обитатели разорваны в клочья. Он настиг своего сына, моего вожака в лесу, и помог примириться с проклятьем. После этого они воссоединились и снова стали семьёй.

— Не хочешь рассказать, какую цель ты преследовал, когда устраивал нападения на моих детей? — спрашивает Джонатан и делает несколько шагов ближе к клетке.

Он прячет руки в карманы и склоняет голову набок. Мы все становится полукругом вокруг него.

Саймон дарит ему полуулыбку и поднимается. Не спеша, подходит и хватается руками за прутья клетки.

— Разве не ясно? Я хотел убрать тебя и твоих грёбаных детей. — говорит Саймон и Джонатан низко рычит. — Я собирался сделать то, чего бы хотел любой ликан. Я лишь проявил смелость. — скалится он. —Мы все должны бояться того, что нас ждёт, чёртова вы семейка. — Он бросает взгляд на Каспиана. — Как только Каспиан встретил свою истинную, я понял, что перемены для нас неизбежны. Истинный союз твоего сына может сделать его чертовски сильным и неуязвимым. Вы в одно мгновение могли захватить власть и сделать нас своими рабами. Каждый знает, что бывает, когда ликан встречает свою истинную. А что может случиться, если истинную встречает кто-то вроде него? — он указывает на Каспиана, — или него? — теперь на Крэйвена — Грёбаные прямые потомки Вильгельма. Я собирался убрать их всех, а потом тебя с помощью идиота Эмилиуса. Конечно, я обещал ему власть и силу, но собирался расправиться сразу, как только он победить тебя. Я был уверен, что ты так сильно сломлен, что не сможешь ему противостоять. — фыркает Саймон — Эмилиус всегда был очень силён, но не отличался умом. — он усмехается.