Книга (Не)счастье для зоолога, страница 37 – Анна Сиротина

— А может они правы и мне стоит согласиться? Столько проблем решится одним махом. Уснёшь на полчасика, чик-чирик и нет колокольчиков. — Задумчиво произнесла я, глядя на енота.

— И даже не смей думать в эту сторону женщина, как можно лишить меня достоинства. Такие суровые пытки у нас применяли в тёмные века. В гаремах еще евнухи были, чтоб жён не попортили. А сейчас даже в гаремах нет, туда просто женщин берут в работницы. То, что ты хочешь со мной сделать, хуже, чем проклятье, его хоть снять можно. — Гневно сказал Стёпа. И прикрыл лапками свои бубенчики. Я лежала в ванной, смотрела на него округлившимися глазами, открывала и закрывала рот, но так ничего и не могла произнести.

— Ну что смотришь и молчишь, язык прикусила? Скажи что-нибудь, живодёрка.

— Ты разговариваешь? — Выдавила из себя я, продолжая пялиться на Стёпу глазами больной Чихуахуа.

— Очевидно, что да!

— А почему раньше молчал? — Что за чушь я несу? У меня енот говорит! Может, вино было просроченное, я отравилась и у меня галлюцинации? Или, может, я сплю? Ущипнула себя на всякий случай за бедро. Было больно, значит точно не сплю!

— Язык учил. И я не молчал, я транслировал тебе образы прямо в голову, но ты не всегда их улавливала. Ну или возможно в вашем языке нет аналогичных понятий.

— Спасибо за объяснение. Значит я на самом деле слышала твои мысли. Я радачто не рехнулась!

— Вот тут не могу сказать со стопроцентной точностью, я не очень силён в медицине. — Ехидно изрёк этот полосатый.

— Енот Степан, толст, коварен, озабочен, характер скверный, не женат. — В стрессовой ситуации почему-то я всегда пытаюсь отшутиться. — Мог бы быть потактичнее. У нас тут знаешь ли, из говорящих животных только попугаи да вороны. И то, они имитируют человеческую речь, а не говорят осмысленно. Ну и обезьяны могут разговаривать на языке жестов. А телепатов у нас не наблюдается. Слушай, а ты кто? Инопланетянин?

— Глупая женщина. Я из другого мира!

— Ну так я и говорю, инопланетянин. Иные миры, другие планеты.

— Я из Сарадии, магического мира. — Енот сказал это таким тоном, что я ощутила себя на экзамене у строгого преподавателя, к которому в придачу еще и не готова. Как будто я обязана знать про существование этой Сарадии.

— То-есть ты этот, как его, — я таки пыталась вспомнить что-то из детства, давно забытое, из книжек, но на ум приходил только формалин². — Вспомнила, ты спутник ведьмы!

— Если ты имеешь ввиду фамильяра, то нет. Я сам по себе и ни от кого не завишу.

— Хорошо, ты сам по себе енот, свой собственный, это я поняла. Но как ты оказался в нашем мире? И что тебе нужно от меня?

— Меня обманули и насильно переместили сюда. А ты можешь помочь мне вернуться.

— Послушай Стёпа, — я вдруг осеклась, а ведь у енота наверняка свое имя есть, — ты ведь не Стёпа, как тебя зовут?

— Меня зовут Стентариус Рафаил Клейман Третий, — гордо представился енот, как будто принц какой, — но в принципе можешь звать меня Стёпой, я вроде привык уже. — Снисходительно добавил он. Офигеть можно, какое у него самомнение, а еще попахивает мужским шовинизмом.

— О великий Стентариус Рафаил Клейман Третий, если вы переживаете что глупая женщина не запомнит вашего благородного имени, то напрасно. Отныне буду обращаться к вам только так. — Съязвила я.