Книга Беглецы, страница 45 – Дарья Котова

Когда наконец можно было остановиться и спокойно оглядеться, оборотень понял, что потерял всех. Барст, видимо, отстал, а Агнет и Ларон побежали в другую сторону. Ну и слава Забытым Богам, хотя червячок беспокойства все равно не оставлял Ворона. А потом наемничья натура взяла верх, он махнул рукой на тех, с кем и так собирался расстаться, и направился прочь. Неизвестно, как далеко и в какие стороны разбежались разбойники — Ворону вовсе не улыбалось вновь повстречаться с этими "весельчаками". Поэтому он быстрым шагом направился подальше от места потасовки. Сейчас пройдет с пару часов, остановится, соберется, перекусит — перед дальней дорогой это необходимо — и полетит.

Естественно, по традиции последних дней, как только Ворон решил, что все хорошо, все стало плохо. За ближайшим деревом стояли двое — мужчина и женщина. Об их присутствии оборотень узнал только, когда непосредственно врезался в чью-то спину. Парочка словно была невидимой — ни чутье, ни инстинкты не предупредили Ворона. Более того,эти двое и выглядели странно, хотя чем именно они не понравились оборотню, кроме их незаметности, он сказать не мог. Однако беглого взгляда хватило, чтобы с уверенностью сказать — что-то в них есть нехорошее. А ведь казались обычными: оба люди, мужчина — среднего роста, средней комплекции, средней внешности, только глаза какие-то неестественно яркие, зеленые, а женщина — темноволосая, не молодая и не старая, но, в отличие от лесной ведьмы, она не выглядела живой, скорее, какой-то искусственной, словно натянула на лицо маску. Да и вообще, странное дело, посреди пустынного леса, в котором любит промышлять большая банда разбойников, встретить парочку людей. Причем ни припасов, ни оружие, ни даже плащей при них не имелось. А меж тем в Ленате уже осень, и до ближайшего человеческого жилья неблизко. Странно, очень странно.

Все эти мысли пролетели в голове Ворона за секунду, а потом его попытались убить. Магией. На счастье наемника, он был быстрее, и заклинание пролетело мимо. В небо взмыл белый ворон, а вслед ему летели уже новые сгустки пламени. Вскользь он успел заметить, что они были какими-то странными — их цвет был алым, но слишком ярким. Пролетевший в дюйме от крыла Ворона шар казался неестественным на фоне обычного желто-зеленого леса. Эта деталь врезалась в память оборотня, а потом ему стало не до размышлений — уклоняясь от очередного снаряда, он врезался в дерево, раздался хруст. Боль пронзила правое крыло. Превозмогая ее, не видя почти нечего из-за пелены перед глазами, Ворон все же поднялся в небо и скрылся от безумной пары. Но долго лететь со сломанным крылом он не мог. И так, кое-как преодолев несколько миль, он рухнул вниз, так и не обернувшись. Ему удалось бы смягчить себе падение, но у самой земли его вдруг кто-то сбил. Кто-то большой. Человек. А потом еще и рухнул на него, придавливая своим весом. Пришлось превращаться обратно в человека и скидывать тушу, которая так-то оказалась не очень и тяжелой.

— Ворон?

— Агнет?

Ликаны, что бы ни думали дремучие крестьяне, к оборотням никакого отношения не имели. Это были две совершенно разные расы. Оборотни являлись смертными (хоть и долгоживущими) существами, имевшими два облика: человеческий и звериный. Однако последний на первый никак не влиял, за исключением общих для оборотней преимуществ: повышенной выносливости, силы, ловкости, нюха, слуха и ночного зрения. Но даже эти отличия были свойственны всем оборотням, независимо от их звериного облика. И олень, и волк, и ворон обладали одинаковыми способностями в человеческом состоянии. Были, конечно, слухи, что у лисы и волка все же лучше нюх, а медведь обладает большей силой — ученые из Академии Трех Солнц в Рестании занимались подобными изысканиями, но сами оборотни над этими вопросами не задумывались. Они точно знали одно — с ликанами их не связывало ничего. Многие оборотни, которые жили среди людей, за всю свою жизнь превращались от силы пару раз, предпочитая простое и незамысловатое существование обычных селян. Их звериная половина почти никак на них не влияла — если только не считать более сильного тела и инстинктов, которые изредка предупреждали об опасности. Но серьезного влияния на жизнь и поведение оборотней они не оказывали. Облик оставался всего лишь обликом.