Книга Судьба принцессы, страница 76 – Дарья Котова

— Ваше величество, темной ночи, — приветствовала Элиэн Кенра, супруга Гортога. Это была уже немолодая орчиха с невероятно массивной даже для ее народа нижней челюстью и поразительно добрыми и умными глазами. Из всех своих новых знакомых Элиэн больше всего симпатизировала именно ей.

— Сегодня обещали привезти первые ящики с лекарствами, — принялась рассказывать Кенра, пока они проходили по чистым коридорам лазарета. Темные строили просто, но добротно, и это иногда даже нравилось Элиэн. Как сейчас. Признаться, онане ожидала, что силами добровольцев удастся так быстро построить целых два далеко немаленьких лазарета, но это случилось.

Инспектирование ее «подопечных» заняло почти весь день, а вечером Элиэн уже ждала Алеса. Вот на ком Императрица по-настоящему отыгрывалась, придираясь ко всему. Честно говоря, зачастую это было заслужено: отчеты Алеса запутывала так, что не разобрался бы даже самый въедливый счетовод, а еще она постоянно саботировала какие-нибудь поставки, так что половину зимы замок провел без дров, а лето — без мяса. Война с Алесой все набирала обороты, никто из женщин не собирался уступать, но Элиэн было тяжелее, у нее был второй фронт — Ринер. После их разговорав гостиной свалг больше не играл в «доброго Советника» и, если на Последнем суде он сдерживался, то в обычной жизни при каждом удобном случае пытался уколоть ее. Руки у него были связаны — он явно боялся своего старого боевого товарища и Императора в одном лице, — но словами жалить мог, чем постоянно пользовался. Он был не единственным ее недоброжелателем, но остальные лишь шептались за спиной светлой эльфийки, Ринер же не боялся высказать все ей в лицо — когда рядом никого не было. Элиэн с дрожью думала о том дне, когда в Темную Империю вернется Вадерион: как он отреагирует? Чью сторону примет, если Советник скажет свое слово? Элиэн не тешила себя иллюзиями: Вадерион властью не делился ни с кем, даже с ближайшими товарищами (назвать другом Ринера она не решалась — у мужа не было друзей). Оставалось лишь надеяться на то, что он проститей это своеволие, выслушав доводы. Вадерион все же был крайне разумным эльфом и — в некоторой степени — справедливым.

— Вы вновь не позаботились о качественном выполнении своих обязанностей, — прервала отчет Алесы Элиэн, постукивая пальцами по подлокотнику.

— Вновь, — с насмешливым вызовом подтвердила управляющая, всем своим видом говоря: «Рассчитай меня, раз я тебе не нравлюсь». Как бы это было легко! Но нет, Элиэн не собиралась идти по простому пути. Темные ценили лишь силу. Будь у нее возможность (и отсутствие моральных терзаний), она бы просто-напросто убила бы зарвавшуюся слугу — так поступила бы любая леди или лорд Империи. Но Элиэн не обладала такой властью, поэтому у нее оставался лишь один выход — выжить Алесу из замка. Вынудить управляющую уступитьей, уйти. Только тогда она ее победит.

* * *

Толчок в спину заставил ее упасть вперед. В последний момент она успела выставить ладони и не разбила лицо. Зато содрала в кровь кожу на руках. А над головой уже смеялись братья.

— Какая ты неуклюжая! — крикнул Ленор, ему вторил смех Лашела.

Элиэн обернулась, глотая слезы, и зло посмотрела на стоящих перед нею трех серебристоволосых эльфов-подростков. Королева родила супругу четырех детей за два каких-то жалких десятилетия — все светлые эльфы посчитали эту символом надежды и процветания, ведь их народ славился малочисленностью и даже два ребенка считались редкостью.