Книга Судьба принцессы, страница 54 – Дарья Котова

— Зайди.

Элиэн, прижимая к груди многострадальную книгу, послушно последовала за мужем в кабинет.

— В следующий раз вспомни, что ты моясупруга, — холодно произнес Вадерион, садясь за стол. Когда он становился таким жестким — Императором, а не мужчиной, — Элиэн вновь начинала его бояться: в такие моменты она вспоминала, что полностью зависит от этого дроу, и как бы она не боролась с ним и с окружающими, как бы не старалась давать отпор этому немыслимому давлению, она оставалась всего лишь его женой, его вещью, о чем он не раз ей напоминал. Именно от его воли зависел каждый ее шаг, и это она не могла изменить, как бы не хотела. Оставалось лишь подстраиваться, вот только склонять голову Элиэн не желала даже перед Вадерионом. Особенно перед Вадерионом.

— Опять любовный роман? — его пренебрежительный взгляд прошелся по обложке книги.

— Нет, кое-что более полезное, — вскинув подбородок, ответила Элиэн. Когда Вадерион сидел, а она стояла, ей не приходилось постоянно задирать голову, но темный словно специально провоцировал ее, заставляя постоянно чувствовать себя никчемной.

— И как? — странным голосом поинтересовался Вадерион, не отводя взгляда от книги в ее руках.

— Так себе, — презрительно, в его любимой манере, ответила Элиэн.

— Правда? — в багровых глазах мелькнул алый всполох. — И что же не устроило светлую эльфийку? Манера изложения или автор?

В недоумении Элиэн все же повернула книгу обложкой к себе и прочла название и имя автора. Теперь стала понятна реакция библиотекаря и Вадериона — этот толстый томик был написан последним. Похоже, в желании насолить темному она села в лужу.

— Вадерион, мне так жаль… Я не хотела тебя обидеть, — призналась Элиэн, глядя на увлекшегося документами супруга. Тот никак не отреагировал на ее покаяние. И зачем она это делает? — Я не читала книгу. Но прочту.

Темный продолжал игнорировать ее,всем своим видом показывая, что она лишняя. В его кабинете, в его жизни и в его Империи.

Развернувшись, Элиэн сделала шаг к двери, и в следующее мгновение сильные мужские руки обхватили ее, а сзади почувствовался жар чужого тела. Совсем как в ее первую брачную ночь…

— Вадерион, отпусти, — жалостливо попросила она, не в силах дать отпор: ее сковало от ужаса.

— Почему ты так напряглась? — обжег он ее своим дыханием.

От бессилия и безысходности хотелось плакать, но слезами этого холодного мужчину не разжалобить. А он с такой легкостью мучил ее, еще и задавал очевидные вопросы. Почему ей не хочется быть рядом с ним? Неужели ей надо вслух произносить это? Как объяснить, что она до сих пор помнит ту боль и беспомощность, когда он прижимал ее кровати, когда входил в нее, разрывая до крови?

— Я сейчас что-нибудь делаю? — вдруг спросил Вадерион. — Элиэн? — позвал он, потому что она не ответила.

— Нет.

— Тогда почему ты боишься? — Он говорил спокойно и размеренно, как с ребенком или больным.

— Я помню… — пролепетала она, не в силах продолжить.

— Ты помнишь плохое, — прошептал он, вновь обжигая горячим дыханием ее острое ушко, потом шею. — Может, стоит обрести более приятные воспоминания?

Его руки накрыли ее. Он погладил ее пальцы.

— Ты холодная.

— Мерзну, — все еще застыв, как статуя, ответила Элиэн, стараясь побороть панику.

— Так одевайся потеплее. — Теперь его губы были с другой стороны. Вадерион прав: он ничего не делает, ей не нужно бояться. Он не обидит ее. — Или приходи ко мне, я согрею тебя.