Книга Судьба принцессы, страница 130 – Дарья Котова

А потом все пошло своим чередом: Вадерион появлялся все реже, да и сама Элиэн была занята подготовкой к приему в честь Дня Кровавой Луны. Над Меладой проливались дожди, которые резко сменились внезапными заморозками. Элиэн продолжала лелеять глупую надежду, что все образуется. Она будет бороться, как и всегда.

Все рухнуло спустя месяц после ее дня рождения. С неба падал первый снег, грозя утопить в белом море всю Меладу. Неизвестно чем воодушевленная Элиэн решилась навестить в обед мужа. Поболтала с повеселевшим Шэдом, которого давно не видела, приветливо кивнула Тейнолу, успевшего за последние месяцы привязаться к ней. С ним хорошо было молчать, но и его истории о молодом Вадерионе заставляли Элиэн хохотать до слез. Так что день начался совсем не плохо. Пока она не зашла к Вадериону. Тот внимательно читал письмо, и едва ли заметил ее. Обойдя стол, она осторожно обняла его и поцеловала в щеку. Вадерион что-то невнятно пробормотал, и Элиэн отстала от него, отойдя к окну.

— Плохие вести? — все же не удержалась и поинтересовалась она, глядя на падающий снег.

— Ожидаемые, — неопределенно ответил Вадерион, но то, что он не рад, Элиэн определила точно. — Король Линэлион разорвалдоговор и, выражаясь языком трущоб Мелады, прокатил меня со своей голубой рудой…

Вадерион еще что-то говорил, кажется, ругал светлых эльфов, но Элиэн уже не слушала — не могла. Все внутри нее оборвалось. Отец… он никогда ее не любил, он был жесток, он равнодушно продал ее Темному Императору, а сейчас он подвел ее в последний раз: он лишил ее самого дорого — времени. Если раньше ее жизнь сохранялась этим шатким договором между Темной Империей и Рассветным Лесом, то сейчас она потеряла последнюю защиту. Она не успела понести и теперь была просто не нужна. Она не ус-пе-ла. Все просто. Она ведь ходила к Сайлриусу, тот предупреждал, что эльфы могут ждать дитя годами, что она из-за переживаний может лишить себя и этой призрачной возможности. Но что значит логика и здравые рассуждения, когда судьба ставит перед жестоким выбором? А теперь не было и его.

— Элиэн?

Она осознала, что Вадерион уже, вероятно, давно зовет ее. Обернувшись, Элиэн накинула на лицо маску спокойствия.

— Извини, задумалась. Что ты спросил?

Она смерил ее злым взглядом, который больно резанул по сердцу. Вот и все — закончилось его увлечение, а она останется с разбитым сердцем. Впрочем, Вадерион никогда не медлил с расправой неугодных, так что ей не стоит переживать о своем сердце. Скоро оно перестанет биться.

— Завтра прием, все готово?

Как она могла забыть, что завтра прием⁈

— Конечно. Я могу идти?

Он вновь одарил ее раздраженным и злым взглядом.

— Естественно.

Она вышла из кабинета, и дверь, захлопнувшаяся за ее спиной, напомнила ей крышку гроба, в котором люди хоронили своих покойников. Сейчас она была похожа на покойника. Только прием, на котором она была главным действующим лицом вместе с Вадерионом, заставил ее как-то пережить следующий день. Муж, ожидаемо, ночью не навестил ее, и Элиэн до самого рассвета пролежала без сна, хотела даже заплакать, но не смогла — забыла, разучилась, умерла. Сам прием прошел, как в тумане. Она что-то отвечала темным леди, холодно улыбалась, ходила под руку с Вадерионом, болтала с орками и обсуждала тонкости приготовления блюд с вампиром — Лериф оказался весьма обаятельным молодым (наверное) мужчиной. И Вадерион больше не утаскивал ее за колонны, чтобы отчитать. Все прошло чинно и мирно.