Книга Наказание для вора, страница 121 – Дарья Котова

— Да, — проворчал он. — Даже немного погуляли.

— Погуляли вы, судя по твоей сине-фиолетовой роже, очень даже много, — процедил Крейл-старший. Он, в отличие от коллег, не видел ничего смешного в сложившейся ситуации, которая еще и повторялась из года в год.

— Праздники придуманы разумными существами, чтобы веселиться, — заметил Лен, но, увидев выражение лица отца, тут же исправился: — Нам очень стыдно.

АльбертКрейл окинул взглядом невозмутимую эльфийку, сонного дракона, помятого ликана и позеленевшего человека, остановившись на наглой физиономии собственного сына.

— Я заметил, как вам стыдно.

Лен опустил глаза, пытаясь изобразить раскаяние. Получалось плохо.

Крейл махнул рукой:

— Исчезли с глаз моих.

Друзья тут же радостно исполнили приказ.

Праздники удались.

Глава 3. Стажировка, или Наука патрулирования

Дель суетился у плиты, хотя слово «суетился» не совсем верное: движения друга были спокойными и размеренными. Дель был в своей стихии. Он всегда любил готовить, но условия жизни не позволяли его кулинарному таланту развернуться во всю мощь, зато сейчас, в доме Милы, ничего не ограничивало его. Лен поймал себя на мысли, что эти месяцы в особняке Феланэ благотворно повлияли на друга: он давно не видел его таким умиротворенным. Дель всегда любил быть полезным и помогать другим, но в силу природы ликана, которая отпугивала людей и нелюдей сама по себе, ему редко давали шанс.

«Ну и дураки», — подумал Лен.

— Мм, это чем таким пахнет? — довольно принюхиваясь, поинтересовалась Мила, входя на кухню и усаживаясь рядом с Леном. Она выглядела как всегда прекрасно: удобный кожаный костюм, мечи на поясе и ни единого следа от их бурных гуляний на лице. Прямо цветущая роза! Не то что Лен, синяки которого сходить не желали никак, да и сломанные ребра все еще побаливали. Стало немного завидно.

— Блинчики, — ответил Дель, возвращая улыбку Миле и почти не стесняясь. У друга всегда было особое отношение к женщинам, и Лен знал, откуда оно пошло. Дель готов был в любой момент заступиться за любую представительницу прекрасного пола, но общения старательно избегал, считая, что ему не стоит навязывать им свое опасное общество. А уж эльфиек он и вовсе сторонился и благоговел перед ними. Поэтому поначалу его общение с Милой походило на разговор великой богини с рабом, но доброжелательность и искренняя приязнь девушки сделали свое дело, и постепенно Дель расслабился и даже стал иногда нормально ей отвечать. Лен был благодарен Миле за поднятие самооценки друга (которая корчилась где-то на дне океана) и даже не ревновал. Почти.

Наблюдая за тем, с каким аппетитом Мила есть блинчики с клубничным вареньем, Лен подумал, что есть вещи, ради которых можно прогулятьзанятия. Если бы в понедельник утром у них не стояла сдвоенная история, он бы точно рискнул предложить Миле плюнуть на учебу и заняться чем-нибудь более интересным.

Ну вот, дожил: уже учеба не на первом месте! А все из-за женщин. Одной конкретной, сидящей рядом и слизывающей с ложки густую алую каплю варенья.

— Хорошо, что сегодня не так много занятий, — заметил Дель, присаживаясь напротив. За это тоже стоит благодарить Милу — за их посиделки на кухне. Девушка никогда, даже в собственном доме, не кичилась своим положением леди и хозяйки и ела на кухне, вместе с Леном и Делем, словно они были старыми друзьями. Хотя после совместной трехдневной отсидки в камере Управления они действительно стали ближе. Возможно. Все же Мила была леди, и Лен сильно сомневался, что ей понравилось подобное времяпрепровождение. Но сейчас его внимание привлекли слова Деля.