Книга Развод. Пусть горят мосты, страница 37 – Стася Бестужева

— Похитить моих детей? — заканчиваю я. — Потому что это именно то, что вы делаете. Незаконно забираете несовершеннолетних без согласия родителя.

Люди вокруг начинают шептаться. Кто-то уже достал телефон, явно готовясь вызвать полицию.

— Не говори глупостей, — шипит свёкор. — Мы их бабушка и дедушка! Имеем право...

— Никаких прав у вас нет, — отрезаю я. — Ника, Даниил, мы идём домой. Сейчас же.

Ника наконец вырывается из хватки деда, бежит ко мне. Прижимаю детей к себе, чувствуя, как они дрожат.

— Это не конец, Лена, — говорит Сергей Петрович, прищуриваясь. — Мы не позволим тебе разрушить жизнь нашего сына и внуков.

— Нет, — отвечаю я, выпрямляясь во весь рост. — Это только начало. И если вы ещё раз приблизитесь к моим детям без моего разрешения, я подамзаявление в полицию. Ясно?

Поворачиваюсь к ним спиной, увожу детей к машине. Руки дрожат, когда открываю двери, помогаю им сесть. Но внутри растёт что-то новое — ярость, которая придаёт сил, а не отнимает их.

— Мама, — Ника смотрит на меня испуганно, — что происходит? Почему дедушка и бабушка так себя ведут?

— Потому что папа сказал им неправду, — отвечаю я, стараясь подбирать слова. — Он злится на меня и пытается заставить вас тоже злиться.

— Я не злюсь, — Даниил тянется с заднего сиденья, обнимает меня за шею. — Я тебя люблю.

— И я тебя, солнышко, — целую его руку, сдерживая слёзы. — Вас обоих люблю больше всего на свете.

Завожу машину, выезжаю со школьной парковки. В зеркале заднего вида вижу, как свёкры смотрят нам вслед — угрюмые, разозлённые, опасные.

Этот день стал переломным. Теперь я знаю наверняка — Павел не остановится. Он использует все средства — ложь, манипуляции, запугивание, влияние. Он готов уничтожить мою репутацию, мою карьеру, отнять детей — всё, чтобы я сдалась, согласилась на его условия.

Но если он думает, что я сломаюсь, то глубоко ошибается.

Руки уже не дрожат, когда я набираю номер Анны Громовой.

— Алло? — отвечает она. — Елена, что-то случилось?

— Да, — говорю я, бросая взгляд на детей в зеркало. — Я принимаю ваше предложение. Начинаем бой прямо сейчас. По всем фронтам.

— Уверены? — в её голосе слышится удовлетворение. — Это будет жестко.

— Абсолютно уверена, — отвечаю я. — Скажите, что нужно делать.

Даниил нетерпеливо подпрыгивает у входной двери, то и дело выглядывая в окно. Ника сидит на диване с планшетом, делая вид, что полностью погружена в чтение, но я замечаю, как она периодически бросает взгляды на брата и хмурится.

— Мам, папа скоро приедет? — в десятый раз спрашивает Даниил, прижимаясь лицом к стеклу. — Он обещал в двенадцать!

— Скоро, солнышко, — отвечаю я, продолжая готовить обед. — Может быть, пробки на дороге.

Сегодня Павел забирает детей на весь день — торговый центр, кино, парк развлечений. Третий раз за последние две недели. Внезапное превращение из вечно занятого отца, пропускающего школьные концерты и родительские собрания, в заботливого папочку, проводящего каждые выходные с детьми, не осталось незамеченным. Особенно для меня.

Звук подъезжающей машины вызывает у Даниила восторженный вопль. Он распахивает дверь еще до звонка, выбегает навстречу отцу.

— Папа! Ты приехал!

Павел подхватывает сына на руки, кружит. Идеальная картина отцовской любви. Только я замечаю фальшивые нотки — наигранность улыбки, показную щедрость объятий. Он играет роль, и играет хорошо, но я слишком хорошо его знаю, чтобы поверить.