Книга Развод. Пусть горят мосты, страница 11 – Стася Бестужева

Она уходит, оставляя после себя шлейф дорогих духов. Тех самых, что я учуяла на рубашке Павла неделю назад.

— Приятная девушка, — говорю я, наблюдая за его реакцией. — И, кажется, очень предана компании.

— Хороший специалист, — отвечает он нейтрально, но я замечаю, как пульсирует вена на его шее — верный признак волнения. — Полностью преобразила наш PR-отдел.

— Я заметила, как вы смотрите друг на друга, — слова вырываются сами собой, и я тут же жалею о них. Слишком рано. Я не готова к конфронтации. Не здесь, не сейчас.

Павел замирает, потом медленноповорачивается ко мне.

— О чем ты? — его голос звучит спокойно, но глаза выдают тревогу.

— О профессиональном уважении, — выкручиваюсь я. — Сразу видно, что вы цените работу друг друга.

Он расслабляется, но не полностью. Что-то в моем тоне заставляет его оставаться настороже.

— Конечно, — кивает он. — Вероника отличный специалист, я ценю ее вклад в компанию.

"Вклад в компанию». Интересная формулировка для женщины, с которой он спит за моей спиной."

Начинается официальная часть вечера. Павел выходит на небольшую сцену, произносит речь — вдохновляющую, харизматичную. Благодарит команду, партнеров, клиентов. И, конечно, меня — «свою любимую жену, без поддержки которой ничего бы не получилось». Гости аплодируют, кто-то выкрикивает: «За прекрасную пару!» Я улыбаюсь, киваю, играю роль гордой жены.

А внутри меня все кричит от боли и унижения.

После официальной части начинаются танцы. Павел приглашает меня на первый танец… традиция, которую он соблюдает на каждом корпоративе. Мы кружимся в медленном вальсе, и со стороны, наверное, выглядим как идеальная пара.

— Ты сегодня какая-то напряженная, — говорит он, когда мы плавно двигаемся по танцполу. — Все в порядке?

— Просто устала, — отвечаю я стандартной фразой.

Он кивает, принимая это объяснение. Конечно, принимает. Моя работа всегда была идеальным оправданием для всего… моего отсутствия дома, моей усталости, моего нежелания секса.

Дети вернулись от бабушки пару часов назад, но ни привычного шума игр Даниила, ни мелодичных звуков виолончели Ники не слышно. Снимаю пальто, прислушиваюсь. Странно. Обычно после возвращения от моей мамы дети переполнены энергией — бабушка их балует, несмотря на все мои просьбы соблюдать режим.

— Я дома! — окликаю я, проходя в гостиную.

Даниил сидит на диване, уткнувшись в планшет. Поднимает голову, улыбается, но как-то вяло.

— Привет, мам.

— Привет, солнышко, — сажусь рядом, целую его в макушку. — Как у бабушки погостили?

— Нормально, — пожимает плечами он. — Бабушка испекла шарлотку.

Замечаю тёмные круги под его глазами. Не выспался? Заболевает?

— А где Ника? — спрашиваю, проводя рукой по его лбу. Температуры нет.

— В своей комнате, — отвечает Даниил, снова возвращаясь к игре.

Поднимаюсь наверх. Дверь в комнату Ники приоткрыта. Она сидит на кровати с книгой, но не … просто смотрит в одну точку. Моя всегда собранная, организованная дочь, которая даже в свободное время старается делать что-то полезное.

— Привет, дорогая, — говорю мягко, входя в комнату. — Как выходные?

Ника вздрагивает, словно я вырвала её из глубокой задумчивости.

— А, мама. Нормально.

Ещё один вялый ответ. Что-то определённо не так. Сажусь на край кровати.

— Что-то случилось у бабушки? — спрашиваю напрямик.