Книга Предатель. Секреты прошлого, страница 40 – Стася Бестужева

Я коротко объясняю ей ситуацию. О операции, об арестах, о том, что нам, возможно, снова придется переезжать. Катяслушает молча, лицо ее становится все более бледным.

— Значит, папа был прав, — говорит она наконец. — Он говорил, что эти люди не останавливаются ни перед чем.

— Что еще говорил твой отец? — спрашивает Сергей Игоревич, наклоняясь вперед.

Катя колеблется, бросает на меня вопросительный взгляд. Я киваю — можно говорить.

— Он говорил, что если с ним что-то случится, мне нужно быть очень осторожной. Что есть люди, которые захотят использовать меня, чтобы добраться до него. Или отомстить.

— А еще что-нибудь? Какие-то инструкции на случай опасности?

Катя молчит долго, явно борясь с собой. Потом решительно встает и идет к себе в комнату. Возвращается с небольшим листком бумаги — тем самым, который я нашла в ее джинсах.

— Он дал мне это, — говорит она, протягивая записку Сергею Игоревичу. — Сказал, что если будет очень опасно, мы с тетей Леной должны поехать по этим координатам.

Сергей Игоревич изучает записку, хмурит брови.

— Это координаты места в лесу, в сорока километрах отсюда. А что означает этот код?

Катя переводит: "Катя, тайник, первый этаж, семнадцатый кирпич, Максим верит".

— Ваш отец оставил для вас тайник, — говорит Сергей Игоревич задумчиво. — Интересно. Что там может быть?

— Не знаю, — пожимает плечами Катя. — Он не говорил.

— Но это может быть важно, — продолжает оперативник. — Возможно, дополнительные доказательства против "Босса". Или информация о том, где его искать.

Я смотрю на записку в его руках и чувствую, как внутри поднимается странное волнение. Не страх — волнение. Впервые за долгое время у нас появилась зацепка. Что-то, что может изменить ситуацию.

Я смотрю на записку в руках Сергея Игоревича, и сердце бешено колотится в груди. Координаты от Максима. Он предвидел опасность и оставил нам зацепку.

— Нам нужно туда поехать, — говорю я решительно. — Прямо сейчас.

— Елена Павловна, это может быть ловушка, — предупреждает Сергей Игоревич. — Враги вашего мужа могли узнать о существовании этого тайника.

— Максим не стал бы подвергать Катю опасности, — возражаю я. — Если он оставил эту записку, значит, был уверен, что информация важнее риска.

Катя кивает, соглашаясь со мной.

— Папа говорил, что если мне когда-нибудь станет очень страшно, я должна доверять этим координатам, — добавляет она. — Он никогда не лгал мне о важных вещах.

Сергей Игоревич изучает записку еще раз, что-то быстро набирает в телефоне.

— Хорошо, — говорит он наконец. — Но поедем группой. И с полной экипировкой. Если это действительно важная информация, мы не можем рисковать.

Следующие два часа превращаются в лихорадочную подготовку. Приезжает еще двое оперативников с оборудованием. Я собираю небольшую сумку с самым необходимым, на случай если нам придется задержаться или срочно уехать. Катя молча складывает свои вещи, лицо у нее сосредоточенное, взрослое.

— Маш... Катя, — поправляю я себя, — ты уверена, что хочешь ехать? Это может быть опасно.

Она поднимает на меня глаза, и я вижу в них отблеск того же упрямства, что был у Максима.

— Это от папы, — говорит она просто. — Конечно, я поеду.

Мы выезжаем в половине третьего дня. Две машины, в первой — Сергей Игоревич с напарником и водителем, во второй — мы с Катей и еще одним оперативником. Дорога занимает больше часа, мы едем через поля и небольшие деревни, постепенно углубляясь в лесную местность.