Книга Случайность, страница 34 – Ирма Давыдова

Она могла бы и продолжить, но осеклась. Два часа… За это время они с Михаилом успевали очень многое. Таня была зацелована вся от макушки до самых пяточек, её успевали красиво раздеть, а душ они и вовсе принимали вместе. И это не считая основного процесса, после которого она засыпала, совершенно измотанная, с искусанными губами и парочкой засосов на теле. Теперь понятно, что думал о ней Максимов.

— В общем, — Таня слегка прокашлялась. — Я решила, что лучше сосредоточусь на Саше. Ему я нужнее, а всё остальное — не самый обязательный сценарий.

— Тань, — выдохнул мужчина, отодвигая от себя стакан с остатками чая. — Игнатьев имел на тебя весьма определённые планы. И явно собирался жениться. Но… — он выдохнул ещё раз, и только в последний момент удержался, чтобы не взять ладони Тани в свои. — Ты ведь сама понимаешь, что если какая-то часть тебя и хотела выйти за него, видя в Антоне надёжного партнёра, то было и что-то, что не давало покоя. Тормозило всё это время, и остановило сейчас. Так что же это?

На несколько секунд Татьяна застывает, не зная, стоит ли продолжать, подпуская Мишу ещё ближе и давая надежду самой себе. Скорее всего, пустую. Но эти секунды проходят, и приходит осознание: если не расскажет ему, то просто с ума сойдёт.

— Он… — запинается, но продолжает. — Он словно ломал меня. Пыталсясделать такой, какая будет ему удобна. То есть, в целом-то я его устраивала, но были какие-то моменты, которые пытался исправить, словно дошлифовывал статуэтку до идеала. В его понимании, спутница жизни должна быть послушной, мягкой, покладистой. Сидеть дома, забыв о работе. Возможно, рожать детей. И мне стало страшно. Как быть с тем, что он может запретить мне и дальше заниматься дизайном? Или, что ещё хуже, не будет любить Сашеньку так же, как своих детей? Глубоких чувств между нами и не было, но рисковать так сильно, просто цепляясь за единственный вариант — этого я допустить не могла.

— Ты ведь отдаёшь себе отчёт в том, что Антон — не единственный вариант?

Миша смотрел очень внимательно, не позволяя даже подумать об иных кандидатах. Разумеется, он имел ввиду себя, но если ещё полгода назад Татьяна бы выставила главной причиной свою обиду, то сейчас всё обстояло намного хуже.

— Миша, — вздохнула она. — Я четыре месяца встречалась с другим. Мы общались, ели вместе, ходили на свидания. Целовались, в конце концов.

— Но так и не дошли до главного, — не соглашается Михаил. — Милая, давай попробуем ещё раз?

— Попробуем что? — хмурится девушка. Разговор заходит куда дальше, чем она рассчитывала. — У нас были всего лишь четыре… даже не ночи — встречи!

— У нас было больше двух лет, хорошая моя, — не соглашается Михаил и мягко улыбается. — Знаешь, как всё это закрутилось?

Татьяна знала и не знала одновременно. Никогда они не обсуждали свои чувства и мысли до этого: всегда у кого-то из них на такое не было желания.

— На работе был аврал, — начал Максимов. — Хотя нет, настоящая катастрофа, когда до запуска оставались считанные дни, а ничего ещё не готово. Сами мы элементарно не справлялись, наш дизайнер слёг с температурой, да и не то, чтобы до этого с него был особый толк. И я позвонил Кузнецу. В смысле, Вадиму Андреевичу, и в частном порядке попросил об одолжении. Он поразмышлял недолго, а после пообещал отправить к нам, как он выразился, домовую стерву. Мол, она хоть и не коммерческий дизайнер, но умеет структурировать информацию и работать в сжатые сроки. Я был готов хоть на чёрта в ступе, не то что на какую-то там стерву, и согласился встретить дизайнера, окружить заботой и организовать досуг. А потом приехала ты, — взгляд Михаила потеплел,а Таня ощутила приятное волнение, какое охватило её тогда. — Хорошенькая такая, с сосредоточенным личиком, и буквально с первых минут полностью погрузилась в работу. По тебе было видно, что ты — профессионал, и я весь день только и делал, что старался разглядывать тебя не так откровенно.