Книга Only you, страница 15 – Иоланта Палла

— Хоть бы извинился.

Выплевывает мне на низких нотах, а я забываю, что сказать хотел. Яркие молнии ненависти из ее глаз вылетают, вызывая у меня удивление, как минимум.

— За что?

Усмехается, словно я глупость сморозил, и ждет чего-то. Развожу руки в стороны. Чего надо?

— За… — Аж кислородом давится несчастная, и не будь такого гнева в глазах, подумал бы, что расплачется. — За все!

Толкает меня в плечо, вынуждая освободить дорогу, и пролетает мимо со скоростью енота энтузиаста в брачный период. Смотрю ей в след, а потом на стеллажи с удобной выемкой для спины,и этот выбор кажется самым тяжелым за всю мою жизнь.

Васька

Мне кажется, что я никогда не знала о таком чувстве, как ненависть. Даже когда в школе Мишка Петраков дергал меня за косички или убирал стул, и я садилась мимо, больно ударяясь мягким местом об пол, не испытывала такой жуткой неприязни к нему. Да, злилась, и пару раз назвала его не хорошим словом, за что была вызвана к директору, но через несколько часов все благополучно забывалось, и мы снова разговаривали.

Только сейчас во мне бушевали совершенно другие эмоции. Буквально колотило от желания ударить наглого мажора по голове, чтобы сбить с нее корону и самодовольное выражение лица. Жаль, Булгакова и его творение, которое я крепко сжимала руками, пока спешила удалиться от раздражителя. В это мгновение понимала, что меня рвет на куски именно от ненависти, ведь он меня даже не узнал! Смотрел на пластырь и с равнодушием отвернулся, будто другой парень ночью кинул в меня бутылку!

От воспоминаний, которые яркими картинками всплывали перед глазами, и бурлящих эмоций не сразу увидела, что библиотека наполняется детьми. Внутренняя дрожь была такой сильной, что потребовалось некоторое время, чтобы взять себя в руки. Парочке девочек, которые со мной поздоровались, я сумела улыбнуться. Смотря на ребят, уже настраивалась на оптимистичный лад ровно до того момента, пока в помещение не вошли двое мальчишек.

Улыбка сплыла с моего лица так же плавно, как она появилась у Славика. Он подмигнул и прошел вперед, размещая свое наглое тельце на стуле прямо напротив меня. Хорошо, что последней шла теть Соня, иначе я бы так и продолжила пялиться на мальчишку. Сердце так сильно выплясывало, что я даже не дышала.

— Итак, все в сборе, — тетушка улыбнулась, пробегая взглядом по лицам довольных ребят, и остановилась напротив меня около стола, за которым сидели утренние приколисты, — можем начинать.

Я изобразила радость, когда попала под прицел тетушкиных глаз, и она прямо по списку называла имена детей, вот только я услышала лишь двоих — Вячеслав Лемишев и Ильяс Стриж. Первый посмеивался, а второй рисовал заинтересованность в знакомстве, особенно, когда было названо мое имя. Они перешептывались, отвлекая меня от слов теть Сони, которая даже тон повысила, чтобы я раздала листовки. Сомневаюсь, что ребята не знают о правилах поведения в летнем лагере,раз они из года в год становятся его постоянными посетителями, но принятых норм не привыкла нарушать, поэтому обошла столы, положив перед каждым яркую брошюру, и вернулась на свое место, прижав книгу к груди.

Вообще, тетушка не должна была представлять мне моих подопечных, но сейчас я была не против. Совершенно растерялась, увидев девчонок и мальчишек, за которыми должна следить, и обрадовалась тому, что сегодня в первый день этим займутся взрослые, а нас, вожатых, собирают вечером здесь же и инструктируют.