Книга Фантик, страница 11 – Иоланта Палла

- Ларионова, - его голос вызывает во мне настоящий взрыв, и чтобы не показать, насколько сильный, я поднимаюсь и спешу к выходу, даже не поблагодарив парня, - а ты когда так осмелела?

* * *

- То есть, - Соня задумчиво накручивает прядь светлых волос на палец и смотрит в сторону игровой площадки, где беснуются мои братья, - он тебя от этих крыс спас, а ты даже имя его не узнала?

- Спас слишком громко сказано, - пожимаю плечами, стараясь не думать о парне, который умудрился наехать на Ларионову, да и не знаю я, что там было после, может, он ее по головке погладил и выписал премию, - там все одинаковые. Добрых и бескорыстных я еще не встретила.

- Не знаю, - подруга тяжело вздыхает, пока я слежу за задиристым Богдашей, - не все же такие стремные, как эта Марина.

- Возможно, но проверять я не хочу. Мне всего девять месяцев помучаться, и я помашу им ручкой. Не хочу искать друзей или подруг. Все мы потом разбежимся по разные стороны, и я точно не в их пафосной компании.

Вытягиваю ноги перед собой и изучаю новые кроссовки, которые мама купила в качествеутешительного приза за испорченную жизнь. На ее лице теперь часто блистала улыбка, и, наверное, это многого стоит. Только почему-то мне от ее хорошего душевного состояния не лучше. Меня будто за шкирку вытащили из зоны комфорта и кинули в дальний угол, чтобы не укрылась и не добралась спасительного круга. Ужасное и не передаваемое ощущение.

- Конечно, не моё дело, - начинает вдруг Соня издалека, привлекая внимание, - но ты с отцом после всего общалась?

Отрицательно качаю головой и разрываю зрительный контакт с подругой. Желание с ним поговорить никуда не исчезло. В груди еще теплилась надежда на то, что он про нас вспомнит, а те слова о другой женщине в нашей квартире всего лишь повод позлить маму.

Глупо. Но мне хотелось так думать.

- Даже не знаю, что тебе сказать.

Соня чуть ли не шепчет, а я отворачиваюсь.

- А тут нечего говорить, Сонь. Все и так понятно.

Храбриться получается лучше всего. Жизнь изменилась, а я так и не успела под нее подстроится. У бабушки было хорошо. Мы с мамой по очереди спали в комнате с близнецами. То она читала им сказку на ночь, то я. Своего пространства у меня не было. Общая комната с мальчишками. Сыр-бор в голове из-за их постоянных игр и споров.

Домашние задания выполняла долго, потому что не могла сконцентрироваться, но и злиться на них тоже не имела права. В отличие от меня они так и не поняли, где папа, и по какой такой серьезной причине он о них не вспоминает.

С Соней мы просидели в парке еще с полчаса, после чего мне пришлось идти домой и выполнять все обязанности. Времени на размышления не оставалось, и лишь когда я накрылась одеялом с головой, вспомнила о том парне, который поднял книгу. Да, Соня права. Нужно было спасибо сказать, а не убегать. С такими мыслями уснула, а вот утром меня ждал сюрприз в виде недовольного лица Ларионовой в классе. Прошмыгнуть к своей парте незаметно не получилось. Марина вновь начала проходиться по моей внешности.

- Веснушки? Родинки? Я вас умоляю, ребят. – Ларионова всегда говорила громко, и сейчас ее слова вкалачивались в спину, как гвозди, но я не смотрела на нее, игнорируя провокацию. – Уродинки это.

Половина класса зашлась смехом. Я сжала сумку пальцами и шумно втянула воздух в легкие. Наверное, нужно еще посчитать про себя, чтобы не прибить недалекую, но япросто прикрыла глаза и поняла, что вокруг все резко притихли. По спине липкий холодок пролетел.