Книга Лидер, страница 27 – Иоланта Палла

— Не заболела случаем? — дёргаюсь от того, что Лёня прикладывает ладонь к моему лбу. — Хмурая такая.

— Не заболела, — ворчу под нос и отворачиваюсь к окну, чтобы не продолжать диалог.

Сегодня солнечная погода, и от вчерашнего дождя и серости вокруг не осталось и следа. Дергаю ногой, пытаясь прогнать недовольство, но у меня ничего не получается. Пространство заполнено хозяином машины, а на него у меня стойкая аллергия. Не сезонная, а скорее демисезонная. Яркая. Острая. Задень и разрежет на части.

— Остынет, — очередная попытка сводного поговорить благополучно падает в пропасть с высокого обрыва, потому что я упорно молчу. Без слов потягиваю вкусный кофе и бросаю на Фила мимолетные взгляды, пытаясь себя убедить в том, что моё истерзанное несчастной любовью воображение нарисовало картинку, которой нет. Вот только от каждого движения Лёни у меня пробегали мурашки по коже. Я залипала на пальцы, которые ловко выворачивали руль, на волосы, пребывающие в полном беспорядке, и на длинные ресницы. Я словно изучала его заново, хотя много раз видела и слышала.

— Здесь? — спрашивает, а я киваю, глядя на знакомую трехэтажку с обшарпанными стенами, а Фил глушит мотор. — Я помогу тебе с сумкой.

Мы поднимаемся на третий этаж, где я в растерзанных чувствах жму на звонок и слушаю каждый удар сердца. Оно бомбит с такой частотой, что я глохну на некоторое время, после чего ныряю в объятия бабули.

— Наконец-то, я думала, что вы опять сбились с пути, — Клавдия Степановна качает меня изстороны в сторону, не выпуская из родных рук, а Фил улыбается, словно ступил на красную дорожку. Настроение тут же меркнет, но опять взмывает ввысь, когда мы переступаем порог квартиры. В нос ударяет аромат выпечки, и слюни скапливаются во рту слишком стремительно. Я сглатываю и предвкушаю спокойный семейный вечер с бабушкой, которую давно не видела.

— Леонид, — представляется Фил, пока я скидываю с ног кроссовки, — очень приятно с вами познакомится, Клавдия Степановна.

Такой культурный… Аж зубы скрипят от того, как сильно я их стискиваю.

— Мне тоже, — бабуля искренне улыбается ему в ответ, от чего по её лицу рассыпаются морщинки. Она всё та же. Седые волосы убраны в шишку. Глаза искрятся счастьем, а худощавое тело спрятано под спортивным домашним костюмом сиреневого цвета. — Проходите. Я как раз чай заварила.

— Спасибо, — Фил разувается и с любопытством осматривает скромную двушку, где царит уют, — куда сумку отнести?

— Я сама… — протягиваю руку, но Клавдия Степановна слегка ударяет по ней.

— Придумала тоже. Сама она. Я покажу, — в мою сторону летит не одобряющий взгляд, и я, естественно, ощетиниваюсь. — Вот эти хоромы займет Ярослава.

— Мило, — Лёня пробегает взглядом по маленькой комнатушке со старым диванчиком и оставляет сумку около него, — хорошая у вас квартирка, Клавдия Степановна.

— Не льсти мне, — усмешка на губах бабули появляется и быстро исчезает, пока она хлопает в ладоши, — устали с дороги? Давайте к столу. Леонид, а ты когда обратно?

— А-а-а, так я думал, найти гостиницу и… — сводный смешно тушуется и проводит рукой по волосам, взъерошивая их и привлекая моё внимание. Снова злюсь и отвожу взгляд к окну. Скорей бы он уже уехал и избавил меня от этой пытки.

— Какая еще гостиница?! — Клавдия Степановна упирается руками в бока и смотрит на нас исподлобья. — Яра, почему не сказала мне, что Лёня здесь останется?