Книга От меня беги, страница 48 – Иоланта Палла

Стучу по рулю пальцами и не свожу взгляда с двери. Задний двор. Вокруг деревья. Никто нас не увидит точно. Осталось самое сложное — договориться с Олесей. И эту почетную миссию на себя взяла Рита. Её способность сбивать с ног своей улыбкой прошла проверку. Особенно на пацанах Аристарха. Стоило Ахметовой появиться в зале, и у всех загорелись глаза. Слюна на пол закапала.

И тут-то у моих демонов на голове зашевелились волосы от ревности. Глаза налились кровью, и все, что я мог делать, — рычать, чтобы отошли на хрен от МОЕЙ Заразы!

Моей?

Да, блядь!

Легко говорить, когда вокруг крутится свора тестостероновых противников. Тяжелее становится, стоит оказаться в четырех стенах с мыслями наедине.

Тут начинается самое «веселое» — сражение с совестью. Последняя проигрывает…

Хотя даже сейчас нашептывает мне о том, что пора уже раскрыть карты.

Влип ведь.

И теперь, как эгоистичная сволочь, боюсь потерять то, что неожиданно приобрел.

— Трогай, шеф! — Рита плюхается на соседнее сиденье с довольной физиономией, и я трогаю, конечно. Как послушный мальчик, прижимаю пальцы к её коленке и веду вверх по внутренней стороне бедра под сарафан, который уже мысленно с нее снял. Округляет глаза, кусает губы и в последний момент хлопает мне по руке. — Кыш!

Вздыхаю. Вдалбливаюсь затылком в изголовье сиденья. В последние дни у меня уже конкретно крышу по ней срывает. Во сне такое творю с Ахметовой, что монахини меня бы прокляли.

Или возжелали.

Тут уж кому на что совести хватит.

— У нас другие планы были, забыл? — щеки Риты наливаются краской. Глаза лихорадочно блестят.

Да, мы уже изрядно лишили девственности раздевалку у Штах. Сегодня в том числе.

И вроде остыл, пока сидел в машине, но вот Зараза снова вбилась в мои мысли и легкие. Ничем не вытравить.

Завожу мотор, посматривая за угол.

— Помню, — выезжаем другим путем, чтобы не столкнуться с джипом и его хозяином.

Ахметова подставляет лицо под яркиелучи солнца. Зрелище просто ВАУ!

Можно рассмотреть каждую веснушку на её любопытном носу.

Мой тоже таким становится. Хочу знать, есть ли у нее солнечные поцелуи на груди и на…

— Димочка, — поворачивается ко мне. Хлопает ресницами. Волосы заплетены в две косы. Косметики ни грамма на лице. Чаще всего именно так, и я кайфую, потому что красивая. И моя!

— М?

Прищуривается. Жду очередной адреналиновый скачок или словесный нокаут. Она может. Уже еле сдерживаю улыбку.

— У тебя есть тайны?

Прочищаю горло.

Смотрю на дорогу.

— У каждого есть тайны.

Ага, давай, Шум! Ты же всегда за честность топил, теперь что? Сливанто со своих же слов?

Скриплю зубами.

— К чему вопрос?

Пожимает плечами.

— Кажется, что близкий человек что-то от меня скрывает. Что делать?

А вот это уже совсем на подставу смахивает…

Останавливаю тачку и ворот. Поворачиваюсь к Рите. С невинным видом вопросительно на меня смотрит. Девочка, которая меня атаковала, спрашивает, что делать. Намеренно давит, или я паранойю?

— Спроси в лоб. Ты же умеешь.

Кивает. Тут же меняет траекторию интереса, а мои внутренние черти встают в агрессивную стойку. Что это было?

— Нам туда? Пустишь меня в «святая святых»?

— Пущу, — комок в горле разрастается.

Выпрыгивает из тачки вперед меня. Оглядывается по сторонам, как ребенок, которого выпустили из клетки. Ни одна девчонка рядом со мной себя так не вела. Большинство уже зажравшиеся. Хотят подарков и регулярных новых впечатлений. Причем последние должны быть из серии «дорого-богато». С такими мне не по пути. С Ахметовой хватает взгляда, чтобы все вокруг воспламенилось и заиграло другими красками.