Книга Хулиганка для мажора, страница 21 – Иоланта Палла

Понимаю, что не дышала, когда закрываю за собой дверь. Быстрым шагом несусь к гардеробу, хватаю свою куртку, накидываю ее на ходу и крою гада на чем свет стоит. Хотела хотя бы несколько дней побыть примерной студенткой, но из-за него придется прогуливать. Снова.

Уже близка в парадному входу, только и тут меня ждет неприятный сюрприз. Куратор группы. На ходу сворачиваю за угол и упираюсь носом в чью-то шею. Судя по запаху, который тут же врывается в ноздри, не в того, кого следовало бы.

— Прогуливать не хорошо. — Медленно поднимаю глаза и вижу светлые голубые.

Настолько чистые, что в пору ангелу их дать. Только вот человек далек от крылатого божества.

— У тебя не спросила.

Делаю шаг назад, подергивая плечами. Мозг лихорадочно ищет пути отступления. Орлов наоборот уверенно шагает ко мне. Снова расстояние между нами по минимуму. От этого не комфортно. Ежусь. Бороться с ним в темноте было проще. Моего лица не видно, да и вообще. В такие моменты я себя другим человеком чувствовала, а в это мгновение меня словно без кожи оставили. Сорвали панцирь.

— Лекция началась. Правильных просят занять свои почетные места. — Выпускаю защитную реакцию, потому что он узнал меня.

Видела по взгляду. Бежать глупо. Оставаться тоже.

— А ты бесстрашная. Только не думай, что в хорошем смысле. Знаешь, как камикадзе.

— Остроты для лекций по философии оставь.

Улыбаюсь, а Орлов оглядывается. Самое время…

— Куда? — Задерживает, помещая руку на плечо. — Не так быстро, Сонька. Поговорить надо.

— Мне…

Не успеваю закончить, потому что издалека доносится другой голос. Да, что же это такое?! Карму что ли плохо чистила?!

— Скромная, далеко собралась?

У Орлова от крика куратора глаза на лоб лезут. а по лицу расплывается улыбка.

— Скромная? Реально? —Он начинает посмеиваться, пока ко мне несется Маргарита Павловна. — Что-то мне подсказывает, что тебя все плохо знают, да, сорока?

POV Александр

— Так она выглядит, да?

Рассматриваю портрет, который прислала Алимеева, и хмурюсь. Верчу телефон в разные стороны. Со всех ракурсов оцениваю, как подопытного зверька. Мысленно прокручиваю предстоящий маршрут к батиным знакомым в полиции.

— Это все, что я могла разглядеть на видео. От оригинала может отличаться, конечно. — Светка тяжело вздыхает, пока я улыбку сдерживаю.

Стоило немного отпустить ситуацию, и сорока сама полетела ко мне в руки. Очень хорошо.

— Скажи, зачем тебе эта девочка, Саш?

— Рисуешь ты классно, Алимеева.

— Тему не меняй. Я так и не услышала внятного ответа. Кто она? Почему таким оригинальным способом ищешь?

— Влюбился.

Усмехаюсь, а Светик бубнит что-то. Выяснить пытается, что и как. А я ответить не могу толком. Ну найду, и что? Изощренными пытками добьюсь информации о ее вылазках?

Нет, наказать Соньку нужно однозначно. Только как?

Разговор с Алимеевой завершаю раньше, чем обычно, потому что она не унимается. В мозг пытается залезть без анестезии. Не даю. Сам еще не решил, как быть.

Новый день начинается с учебы.

Руки так и чешутся сгонять в ментовку и выяснить наконец, кто эта ненаглядная. Пусть портрет приблизительный, но все же. Фотороботы не лучше. Даже хуже, если учитывать Светкины шедевры.

В башке каша. Не варит совсем котелок. Все из-за жуткого желания скорее добраться к девчонке.

На совмещенную пару задницу тащу с видом мученика. Философия для меня полнейшая мутотень. Может, из-за препода, голос которого как серпом по Фаберже. Нудный. Монотонный. Скучный.