Книга Дыши нами, пока есть время, страница 20 – Иоланта Палла

— Ничего вы не понимаете в искусстве фотографии. — Надменно фыркает принцесска, встряхивая светлыми локонами и привлекая мое внимание. — Сами-то что в таком месте делаете? Еще и почти голышом. Думаю, наш папочка удивится, когда я ему расскажу.

— Ты не посмеешь. — Гневно шипит Цветочек и надвигается на Барби.

— Это кто вообще? — Кривлюсь от того, как хочется придушить наглую блондинку. — Подруга твоя?

— До подруги ей далеко. — Отвечает Лиля, усиливая праведный гнев, который горячил кровь в жилах.

— Ты тупой, Лех? Она же сказала, наш папочка. Сестра Цветочка нашего. — С той же идиотской улыбкой говорит Степа, разглядывая мадам, которая высоко задирает нос, вызывая сильное желание настучать по нему.

— Цветочка, пф-ф-ф… Тоже мне прозвище. — Произносит Барби, надменно смотря на меня.

Вот же…!

— А тебя, видимо, ласково никто не называл, да? Поэтому такая озлобленная? — Надвигаюсь на нее, повинуясь своим ощущениям — придушить гадюку, которая заползла на тепло погреться.

— Больно нужны мне собачьи клички. — Фыркает, как мелкая собачонка, помещая руки на тонкую талию и приближая свой мини носик кмоему. — Еще и от таких, как вы.

— Что ты сказала? Каких таких? — Скриплю зубами, уже не соображая, и смотрю только в голубые глаза, обладательница которых в край обнаглела.

Не знаю, что бы сделал, если бы не мажорик, который резко вклинился между нами, отталкивая блондинку на безопасное расстояние от меня.

— Ребятки, давайте не будем устраивать шоу. Мы искали тихое место, но, увы, придется перебраться на другие развалины. — Парнишка смотрит на Лилю, и меня это раздражает еще больше. — Ты с нами?

Какого хрена?!

— Нет, холеный, — толкаю наглеца в грудную клетку, от чего Барби взвизгивает, — она с нами, а ты пойдешь отсюда и прихватишь свою озабоченную больную, пока я ей бахилы маслом не намазал, чтобы скользанула в свою розовую башню, Рапунцель хренова. — Выдаю ему в лицо, сжимая кулаки, которые рвутся в бой.

— Поосторожнее с выражениями и руками. — Надвигается на меня мажорик, играя роль смелого защитника ущербных.

— Ребят, успокойтесь. — Не остается в стороне наша любительница мира во всем мире.

— Иначе что? Тронешь меня и испортишь маникюр?

Усмехаюсь, глядя, как лицо парнишки краснеет. Давай, покажи, чего стоишь?! Кровь бурлит, отключая крики здравого смысла.

— Ма-а-акс… — Протягивает блондиночка и дергает мажорика за рукав, вызывая у меня очередную усмешку. — Пойдем отсюда.

— Девка дело говорит. — Убиваю Барби взглядом, ощущая, что сейчас крышу сорвет.

Одно не верное слово, и…

— Я предупреждал. — Вклинивается Максик, снимая мои ограничители.

Заворушка получается так себе. Я рассчитывал на более интересный бой, но холеный все равно смог удивить ударом в левую скулу. Теперь в этом месте была ссадина, но через сутки превратится в настоящий красочный синячело. Лилия недовольна, но я не слушаю то, что она говорит. Думаю только о чертовой Рапунцель, которая свои три волосинки накрутила и красовалась здесь словно павлин.

Вольный отдувается перед Цветочком за нас обоих, пока натягиваю на себя футболку, все еще пребывая в том же напряженном состоянии. Каждый нерв натянут до предела, и я не могу избавиться от образа блондинки, которая, как по злосчастному заказу, встает перед глазами. Ведьма!