Книга Берегись, Ангел!, страница 53 – Иоланта Палла

Одет с иголочки, на лице маска холодного равнодушия, а в жестах уверенность.

Он что-то спросил у девушки, находящейся за стойкой, после чего посмотрел на меня. Даже не посмотрел, а убил взглядом. Стало жутко, когда мужчина направился в мою сторону.

— Ты моего сына нашла? — Ударил вопросом в лоб, а я начала рот открывать. — Где тот, с кем я говорил по телефону?

— Отошел. — Промямлила я, указывая пальцем на коридор в правом крыле больницы.

— А ты кто?

— Я… Я… Я просто помогла.

— Так, ладно. — Мужчина достал из кармана портмоне, и я не успела сообразить, как он сунул мне в руки несколько купюр. — Там за дверью скоро выстроится очередь из журналюг. Это плата за молчание.

Я уставилась на деньги, словно впервые видела их. Такую сумму точно в первый раз…

Стало до ужаса мерзко.

— Нет, — протянула их, — мне не нужно.

— Да? — Мужчина окинул меня оценивающим взглядом, от которого стало еще хуже. — Смотри. Я предлагал. — Александр Алексеевич пожал плечами, сунул купюры обратно и с невозмутимым видом поправил рубашку.

— Ангелика, все в порядке? — Петр Иванович оказался рядом, как нельзя вовремя. — Держи. — Подал мне одноразовый стаканчик с чаем. — Согреешься в такси. Давай, провожу.

— Я сама. — Сказала я, а Аристов старший вопросительно поднял брови.

— Вы мне звонили. — Не спросил, а констатировал факт.

— Да. — Петр Иванович даже не посмотрел в сторону Александра Алексеевича. — Пойдем. — Обратился уже ко мне.

— Сначала… — Начал Аристов, но Петр осек его.

— Сначала я отправлю свою дочь домой, а потом мы с вами поговорим. — Холодно процедил сквозь зубы и слегка подтолкнул замершую меня к выходу.

— Петр Иванович, вы сказали… — Еле выдавила из себя, когда мы оказались на улице, потому что шок будто парализовал мое тело.

— Мы еще поговорим обо всем, Ангелика. Сейчас тебе нужно согреться, успокоиться и выспаться. — Мужчина усадил меня в такси, протянув деньги водителю. — Я сообщу о состоянии твоего друга. — Петр Иванович захлопнул дверку, а я смотрела через стекло, как удалятся здание, совершенно растерянная из-за высказываний Жарковского.

Ангелика

Я не поняла, как добралась до квартиры. Внутри все сжималось, а мозг и вовсе отказывался принимать всю информацию, начиная от происшествия с Данияром и заканчивая высказыванием Петра Ивановича. Я машинально открыла дверь и вошла в квартиру.

Из спальни доносилось мычание, а наша комната была заперта. Пару раз постучала, чтобы Олежа открыл. Это был наш тайный знак. Когда братишка не успевал прятаться, мог закрыться. Если все же удавалось забраться в убежище, то дверь оставалась открытой, но несколько раз Владимир заставал его врасплох.

— Лика, — Олежка прилип к моим ногам, как только я переступила порог комнаты, — я тебя заждался.

— Прости, зайчик. — Произнесла дрожащим голосом и сплыла по двери вниз на пол.

Глаза братика тут же увеличились в размере. Он указал на мои руки и одежду, которую я умудрилась замарать в крови Дана.

— Нет, Олежа, не переживай. Это не моя кровь. Я цела и невредима. — Тут же уверила его, взяв за ручки. — Один человек попал в беду, и я ему помогла.

Братишка на миг задумался, сдвинув бровки вместе, и внимательно смотрел на мои руки, после чего перевел взгляд на лицо.

— Это хороший человек? — Вопрос Олежки поставил меня в тупик, и я часто заморгала, думая, что ответить.