Книга Берегись, Ангел!, страница 42 – Иоланта Палла

Молчит, и я тоже.

Пробегаю глазами по ее телу. Водолазка чуть ли не до талиизадралась, открывая обзор на спину.

Замираю от вида гематом характерной формы в области поясницы.

Не понял…

Резко одергивает ткань, поймав мой взгляд.

Отводит глаза в сторону.

— Знаете что?! — Анна Васильевна тычет то в меня, то в Цветкову пальцем. — Для вас персонально буду проводить отдельные занятия. Хотите или нет, а танцевать вам в паре придется.

Ангелика

Слова учителя долетают сквозь невидимый барьер, а кожа огнем горит, особенно в местах, где прикасался Дан. Не могу понять этих ощущений. Не мерзко, но и не приятно.

Аристов хмурится, когда я одергиваю водолазку, которая сильно задралась, пока я пыталась выбраться из под него. Сердце до сих пор бьется безумно быстро, словно я все еще бегу от него.

От того, что он стоит рядом, становится не по себе, и я обнимаю себя руками, совершенно не улавливая сути сказанного Анной Васильевной. Что-то об индивидуальных занятиях для меня и Аристова. Только этого мне еще не хватало…

— С тобой все нормально? Он не сделал тебе больно? — Спрашивает Макс, когда мы возвращаемся в школу, и выводит этими слова из транса, в котором я нахожусь последние минут десять.

— Все хорошо, Макс. — Говорю и оборачиваюсь, потому что чувствую на себе его тяжелый взгляд.

Дан идет позади и хмурится. От его злости, кажется, не осталось и следа, по крайне мере, в глазах я не вижу недовольства.

— Куда ты? — Максим с недоумением смотрит на то, как я забираю рюкзак и покидаю танцевальный зал, пока Анна Васильевна беседует с разгневанной Листовской.

Одноклассница, судя по резким фразам, которые вылетают из ее перекореженного рта, не добилась от директора желаемого и теперь усердно давила на психику учителю.

— Я не буду с ним танцевать, да и на выпускной тоже не пойду. Пока. — Бросаю, стараясь не смотреть на Макса.

Внутри гадкое ощущение, которое мне не нравится. Я не хочу ничего испытывать в сторону Аристова. Даже ненависти или жалости. Вообще ничего, потому что он просто ненормальный!

Снова начинает трясти, и я не замечаю, как бегу к остановке, и лишь в автобусе успокаиваюсь. Перед глазами его безумный взор. Изучающий и пугающий.

Вздрагиваю от мыслей о произошедшем и растираю запястья, будто его руки все еще сжимают их. Сильно.

Силы в Аристове полно, и теперь я об этом точно знаю.

Качаю головой, пытаясь прогнать прочь образ Дана. Удается с трудом. До сих пор кажется, что щеки обжигает от горячего дыхания, а грудную клетку давит от веса его тела.

Только ступив на знакомую территорию, прогоняю размышления о чертовом мажоре, потому что в квартире подозрительно тихо, и только тиканье часов в коридоре гулом отдает в ушах. Я снимаю обувьи уже хочу скрыться в комнате, как из кухни выглядывает отчим и машет рукой. Хочет, чтобы я подошла к нему.

— Иди сюда, Ангел. — Говорит спокойно, и я еле передвигаю ноги, стараясь понять, в каком он состоянии.

Еще одно сражения я сегодня не выдержу. Сердце замирает и работает через раз, пока я преодолеваю небольшое расстояние.

— Я тут поесть приготовил, — произносит, отводя глаза в сторону и указывает на накрытый стол, — ты садись. Я сам Олега заберу.

— Спасибо, но я не хочу. — Отвечаю, прекрасно понимаю, в чем дело. — В школе поела.

— Да, ладно тебе, Ангел. Зря старался чтоль. — Пытается улыбнуться, но я пячусь назад, хотя запахи с кухни вызывают жуткое желание поесть.