Книга А + Д. На повторе, страница 20 – Иоланта Палла

— Говоришь, что рад, но я этого не чувствую.

В горле появляется противный ком, который не удается проглотить, поэтому я беру бокал и жадно пью воду, чтобы избавиться от противного ощущения, которое стягивает горло подобно колючей проволоке.

— А ты и не должна чувствовать, Аня, — Вадим снова берет столовые приборы и с увлеченным видом ковыряется ими в тарелке, ухудшая мое состояние своим равнодушием, — кто-то должен трезво мыслить. Я понимаю, что ты рада своему успеху, но призываю подумать.

— Я уже подумала и приняла предложение.

— Что же, — Вадим шумно выдыхает и пожимает плечами, — тогда попробуй. Работа не муж. Можно и сменить.

Выдавливаю улыбку на его несмешную шутку и упираюсь взглядом в тарелку. Теперь и маленькая ложь во благо кажется сущим пустяком, потому что будущему мужу все равно. Ему плевать, что я визжала от восторга, когда смогла самостоятельно найти хоть какое-то вакантное место в совершенно чужом городе без друзей, знакомых и близких. Я радовалась, да. Пусть позже волнение за его реакцию перебило эмоции напрочь, но я правда была очень рада. Как ребенок реагирует на новую игрушку, так и я с глазами-блюдцами прижимала к груди совмещенные ладошки и тихо повизгивала,когда покинула здание.

Теперь же…

Меня затопило тоской. Смертельной печалькой, от которой хотелось скрыться, потому что грусть — не мое. Я так не привыкла. Я должна с оптимизмом смотреть в будущее, но сейчас, находясь в компании Вадима за шикарно накрытым столом, не могла этого сделать. По этой причине решила откланяться, сославшись на головную боль. Скоблев же снова меня удивил, когда поднялся из-за стола, подошел ко мне, прижал к себе и поцеловал.

Без напора. Скорее, как маленького непослушного ребенка, который так усердно шел к цели, что разбил себе колени. Это еще хуже.

Спать я ложилась в ужасном настроении, настраиваясь на то, что завтра буду бодрой. Обычной Анной, которую так любили коллеги и мать, а не унылой коричневой массой, вышедшей из кишечника.

Ночь, конечно, помогла, а может всему виной отсутствие Вадима утром. Я даже не знала, что именно, но с утра, увидев свое отражение в зеркале, приободрилась и с улыбкой собралась на работу. Возможно, Скоблев прав в том, что горячиться не нужно, а попробовать точно стоит. В конце концов, я знала, что Вадим не слишком распаляется за чужие успехи или падения. Он занят собой и карьерой. Пусть это шаткое оправдание его вчерашнему поведению, но зато жених стойко проявил себя в выражении эмоций. Даже поцеловал. Вот уж достижение. Оторвался от вкусного ужина и поцеловал, не запиливая мозги тем, что хочет стать ближе.

В очередной раз…

Чтобы добраться к офису вовремя, пришлось заранее вызвать такси. Только чем ближе я была к заветной двери, тем сильнее выражалось волнение. Оно мурашками покрывало кожу, пробиралось в каждую микроскопическую клеточку тела и ныряло в сознание с разбега.

Давно я такого не испытывала. Лишь в первые свои выступления перед публикой, а сейчас мне требовалось сыграть роль только перед одним человеком, который ждал меня у себя в кабинете. Девушка, Мила, кажется, проводила меня к нему и прикрыла дверь. Я снова вытаращилась на молодого босса, который как-то странно посмотрел на меня.

На миг подумала, что с одеждой что-то не то, но юбка-карандаш идеально прикрывала бедра и даже часть коленок, блузка была наглухо застегнута и не просвечивала, вот только почему-то у меня создавалось впечатление, что я голая, а Дмитрий меня рассматривает и оценивает.