Книга Заклятие – (не)покорная для бывшего, страница 35 – Евгения Медведская

— Другого ей никто не предложит, ты права, — согласился Эритар. — И мы с тобой проведем так этот день. Будешь ждать меня здесь, а я пользоваться тобой. Иметь тебя столько раз, сколько захочу. И куда захочу, безусловно.

— Тар, — прошептала девушка, теряя силу голоса.

— Будешь умолять меня не трогать тебя, рабыня?

Беатрис почти пошла пятнами от этих слов. Смущение, возбуждение, стыд, возмущение. Кровь закипела, стало жарко. Ноги сжались, пытаясь унять пожар и желание.

— Я прошу тебя, — слабо сказала она. — Прошу не трогать…

Эритар сделал шаг от кровати, повернулся к ней спиной и пошел к дверям своей спальни.

— Хорошо, не трону.

Беатрис усилием воли заставила себя не окликать его. Она издала неправдоподобный вздох облегчения и с шумом откинулась на подушку.

Эритар дошел до дверей. Наступила тишина.

Беатрис подумала, что он действительно ушел.

— Да как же ты мог?! — возмущенно прошипела она, поворачивая голову так, чтобы разглядеть дверь.

— А что тебя не устраивает? Цепи на руках или то, что ты поверила в мой уход?

Он вернулся к ней быстрым шагом, сел на край кровати и склонился к лицу.

— Я знала, что у тебя не хватит духа покинуть меня, — сказала она, сочетая интонацию с таким выражением лица, что мужчина со сладким стоном поцеловал ее.

Оба тяжело дышали. Беатрис не сдержалась и завозилась, призывая ласкать себя.

— Буду трахать свою собственность, пока не устану, — прошептал он, касаясь ее губ при каждом звуке.

Одеяло полетело в сторону. Его сорочка, брюки, белье — все оказалось на полу почти мгновенно.

— Не называй меня собственностью, — попросила Беатрис.

— Но это так и есть, — возразил он, наслаждаясь нежностью ее кожи.

— Тогда я буду звать тебя хозяином, — издевательски выдохнула она, замечая, как скрипнул, проминаясь под его весом высокий матрас.

— Беатрис, в следующий разя заткну тебе рот кляпом, а пока придется целовать, чтобы не слышать этого слова, которое ты даже закованная в цепи умудряешься делать унизительным и жалящим.

Он взял ее за подбородок и слился с ее губами своими. Язык проник в рот, заглушая звуки и совершая движения, от которых Беатрис издала тихий стон, расплываясь под его телом.

— Ноги раздвинешь или мне сделать это силой? — спросил он с трудом отрываясь от нее.

Беатрис молчала, отвечая лишь огромными, поплывшими от страсти глазами. Это был призыв к действию. Такое выражение лица было и в тот раз, когда он впервые связал ее по рукам и ногам и требовал подчинения. Было сложно покориться, сложно переломить себя, сказать что-то вслух. И тогда, и сейчас девушка хотела, чтобы он действовал несмотря ни на что.

— Еще раз приказываю, — рыкнул он, с наслаждением отмечая, что она не подчиняется.

Это было прекрасно, знать, что ее воля принадлежит ей. А теперь и желание — если она хочет его, то не из-за действия зелья. Стоило проверить. Эритар взял ее пальцами за сосок, отмечая, каким твердым он становится от прикосновения. Рука мягко легла на живот, устремляясь к узкой полосе темных волос. Палец легко скользнул между сомкнутых бедер. Жарко, влажно, нежно.

— Если ты не хочешь, то я отпущу, — тихий шепот коснулся мочки ее уха.

— Не отпускай, — чуть слышно выдохнула она.

Глаза девушки распахнулись, вспыхивая. Стон был протяжным и глухим. Улавливая торжество в лице мужчины, Беатрис отвернулась вбок и закончила свой сладкий вскрик печальным всхлипом мученицы. Тар воспользовался этим, чтобы продолжить игру. Зажав ее подбородок, ладонь с силой заставила вернуться в прежнее положение.