Книга Заклятие – (не)покорная для бывшего, страница 100 – Евгения Медведская

Айдвариан намеревался забрать Ланию во дворец и вознести. Он станет популярнее в народе. Эта история поможет ему снискать симпатии и покорить сердца его людей.

Дверь в камеру открылась и Даримора предстала перед ним во всей своей темной красоте.

— Здравствуй, господин, — она улыбнулась ему, приоткрывая губы, за которыми оказалась пустота и тьма, будто бы ее рот был порталом в иную реальность.

— Здравствуй, Даримора, — ответил он ей и остался стоять, разглядывая ее, будто бы видел в первый раз.

Ей не нужны были наряды, платья. Она не зависела от служанок, укладывающих волосы. Темная жила в этой темнице как госпожа замка. Убожество обстановки не наносило ей никакого ущерба. Тело облегала густая фиолетовая тьма, мерцавшая мириадами вспышек. Что-то подобное Айдвариан видел в обсерватории. Лиф украшали крупные всполохи. Тело выделялось сквозь эту материю во всех своих прекрасных подробностях. Глаза Дариморы были глубокими как омуты. Лорд каждый раз думал, что и ними не так, а потом понимал — слишком яркие, будто подсвеченные белки, слишком темные, будто ничто зрачки. Их размербыл огромным, отнимающим почти все пространство радужки.

Кожа пленницы, цвета темного загара, никогда не менялась. Небо, солнце, воздух — Даримора игнорировала эти потребности. Любая другая превратилась бы здесь в бледную тень, серую и изможденную, но не она.

— Пришел выпустить меня, лорд? — усмехнулась она, в этот раз все же демонстрируя зубы.

— Нет, просто хотел полюбоваться на твои очередные достижения в области пугающего эротического искусства.

Айдвариан уселся на трон, созданный из его собственной магии.

— Выглядит как лед, — сказала она, чуть подаваясь навстречу. Шипы ошейника при этом проткнули кожу, вызывая капли красной крови.

Кто угодно бы почувствовал жалость, но не правитель — знал, что у Темной цвет крови иной.

— Выглядит как сок, — ответил он.

— Можно было бы смешать коктейль, — ухмыльнулась она.

Они замолчали. Оба знали, что будет дальше и оба сохраняли тишину. Айдвариан знал, что она начнет первой, как только поймет, что тянуть с паузой дальше нельзя.

— Твоя власть под угрозой, господин, — прошипела Темная. — Ты будешь свергнут наследницей одной из трех семей моих угнетателей. Сила говорит мне, что ждать недолго. Скоро тебе принесут на подпись документ — не допусти его подписания.

Лорд кивнул.

Пророчество кольнуло в сердце. Он занервничал. Каждый разговор с Дариморой был толчком к тревожности и маяте. Она говорила правду, зная, что если станет не нужна, то найдутся способы сделать ее существование еще более тяжким.

Даримора продолжила речь, захлебываясь словами. Долго говорила о политике и интригах, называла имена, города, приводила подробности сделок.

Все, чего хотел Айдвариан — уйти. От каждого ее слова в нем рождалась тьма, гнев, похоть. Она будила в нем худшие качества. Наедине с ней он чувствовал себя животным. Выдержать это долго, сохраняя человеческий лик, было сложно.

Когда аудиенция кончилась, правитель пошел к порталу, стараясь не поднимать взгляда. Рабынь уже отвязали и увели и это было на пользу. Похоть сжирала его изнутри. Ненависть застилала глаза. Лорд был не в себе.

И все, о чем думал — что есть та, на которой лежит отпечаток магии Дариморы. Рабыня, которую он только что освободил. Мысли крутились вокруг нее, сплетая клубки. Ни за что нельзя было сейчас встречаться с ней. Он это знал,но покинув портал и войдя в свой дворец вместо того, чтобы проследовать к министрам, он пошел в синюю комнату. Шел и понимал — собой он уже не владеет.