Книга Буря, страница 98 – Евгения Медведская

Сахана улыбнулась, хотя в ее душе нарастала боль. Она никогда раньше не лечила друзей, потому что у нее их почти не было. К Айрине она привязалась и ее проблему приняла близко к сердцу. Именно поэтому она улыбалась той синтетической улыбкой, которая была так похожа на настоящую.

— Я видела такие болезни, – сказала Сахана, находя руку Айрины. – У тебя впереди много долгих лет. И рядом со мной это будут по-настоящему хорошие годы.

Айрина побледнела после этих слов.

— Ты не должна, не должна, – заговорила она, сжимая в ответ руку Саханы. – Мне может помочь доктор Мурти и даже доктор Кайл. Я не имею права пользоваться твоим даром.

Сахана удивилась такому напору.

— Я все равно никуда отсюда не денусь, если только твой брат не решит меня продать. Мне уже один раз не повезло, но вы все изменили. Здесь мне хорошо, несмотря на эту вашу ужасную погоду, – она рассмеялась, чтобы вызвать смех Айрины, но та улыбнулась только губами. Глаза были грустные и напуганные.

— Мы обе никуда не денемся, – сказала она и вдруг выпрямилась, превращаясь в хозяйку дома. – Уже поздно, моя дорогая. Ты, наверное, ужасно устала. Лия рассказала мне про девушку с обморожением и твоей долгой работе с ней.

— Да, я просто мечтаю добраться до кровати, – вздохнула Сахана, вспоминая, что обещал с ней сделать Алкид и предпочитая задержаться у Айрины. Ожидание было очень сладким, к тому же хотелось немного подразнить Алкида.

— Мне кажется, мы обе завтра пропустим завтрак, – заговорщически улыбнулась сестра Алкида. – Ты – после долгого дня в клинике, а я еще собираюсь порисовать. Надеюсь, ты как мой врач, не станешь запрещать мне ложиться поздно?

— Не стану, – улыбнуласьСахана и пошла к дверям.

Она подошла к двери своей комнаты, и та распахнулась ей навстречу. Алкид стоял на пороге и буквально втащил ее внутрь.

— Не говори мне ничего про Айрину, я слышал это столько раз, что могу сказать и сам, – прошептал он, накрывая ее рот поцелуем. – От тебя сегодня я хочу слышать только стоны и мольбы не останавливаться.

Платье Саханы полетело на пол. За ним отправились и остальные вещи.

— Выпей вина, – Алкид подал ей заранее налитый бокал. – Я сегодня буду… Мне надо, чтобы ты расслабилась.

Холодок страха пробежал по телу Саханы, остановившись в районе паха и призывая ее тело откликнуться острым возбуждением. Вино было крепким, терпким и жгло горло. Сахана пила его нервными глотками стоя посреди просторной спальни абсолютно обнаженной. Алкид в это время сидел в кресле, глядя на нее таким жадным взглядом, будто бы она была единственной женщиной на свете.

Он подошел к ней, забрал бокал из рук.

— Ты же знаешь, что можешь мне сказать, если тебе что-то не нравится? – прошептал он.

— Да, – ответила она одними губами. – Но мне кажется, что я буду только стонать и кричать.

Сахане показалось, что весь воздух вышел из груди, когда он поцеловал ее. Что такого может быть в поцелуе, особенно, если эти губы целовали уже тысячу раз?

Всё.

Мир закружился вокруг и будто бы потерял привычную трехмерность. Алкид целовал ее, вызывая такую бурю чувств, что она кричала. Его руки сжали ее плечи, горло, проникли к затылку, зарываясь в волосы. Он был повсюду и его прикосновения горели на коже. Воздух наэлектризовался. Сахане казалось, что она не касается ногами пола. Мужчина манипулировал ее телом, заставляя сосредоточиться только на нем, отключая от реальности. Его рука заставила ее прогнуться, пальцы проникли в лоно, затрагивая самые нежные струны.