Книга Буря, страница 62 – Евгения Медведская

— Ты не можешь сидеть здесь целыми днями, – Марк смотрел, как Айрина отчаянно наносит на холст мазки кистью.

— Могу, у меня много работы.

— Шесть картин, – тихо сказал Марк. –Шесть за прошлую неделю и все такие грустные. И на этой ты снова продолжаешь писать такие же печальные сюжеты.

— Я так вижу мир, – отозвалась его сестра.

— Ты даже не спускалась к завтраку и ужину.

— Я много пишу и к тому же занимаюсь всеми делами этого дома. И пока справляюсь, могу позволить себе делать, что хочу и как хочу.

Марк печально окинул взглядом стоящие вдоль стены холсты. Каждый из них был мрачнее предыдущего – зима, темный непроходимый лес, обрыв в горах, от взгляда на который немели ноги, так реалистично изобразила его хозяйка. На остальных были силуэты людей на фоне моря, изображенные черными штрихами, а их позы по-настоящему жутко выражали страдание и тоску. От неба веяло гнетущей печалью, море выглядело холодным и лишенным всякой жизни, черные камни на берегу утяжеляли это впечатление.

— Ты должна показаться Сахане.

— Нет! – Айрина отбросила кисть с такой силой, что пятна черной краски разлетелись по полу из светлого дерева. – Ты совершенно ничего не понимаешь!

— Так объясни мне, сестра, – Марк взял ее ледяные, вымазанные краской руки в свои.

— Я не буду играть в игру моего брата. – Твердо сказала она.

— Я совсем не понимаю, что между вами произошло, – с печалью сказал Марк, силясь разгадать эту загадку, прочитав между строк. – Если бы я мог все видеть, как Василь…

— Тогда я бы не откровенничала с тобой, – вырывая руки прошептала Айрина.

Марк задумался. Он привык считать себя самым незначительным в семье. Давно забросил манеры, не стесняясь чавкал за столом. Привык к тому, что последним догадывается о причинах и следствиях событий. Но Айрина была для него самым близким человеком в этом мире, если бы на одной чаше весов была одна она, а на другой все его братья, выбор был бы для негоочевиден. Юноша лихорадочно искал слова, чтобы уговорить ее или заставить обратиться за помощью. Наконец, его озарило:

— Если ты сегодня же не пойдешь с Саханой в клинику, я поговорю с Василем и все ему расскажу. Он решит эту задачку, как решал за меня математику, когда я учился!

Айрина с досадой посмотрела на него и вдруг смягчилась.

— Я схожу к ней. Обещаю.

— Прямо сейчас, – запальчиво произнес он.

— Хорошо. Прямо сейчас.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Сахана как раз шла через сад, когда увидела, как к дому подъехали сани Нормана, что было очень странно для этого времени. Он вышел из них, таща за собой связанную рыдающую девушку.

— Что происходит, – рабыня бросилась к ним.

— Это не твое дело, Сахана, – буркнул Норман. – Иди и лечи, кого нелегкая принесет.

— Я бы тоже хотела знать, – раздался ровный голос Айрины. –В чем она провинилась, брат? И какое будет наказание?

Норман явно спешил, но от Айрины он не мог отмахнуться как от назойливой мухи.

— Это швея-воровка. Забирала себе драгоценные камни для нарядов, поймали, когда продавала.

Айрина нахмурилась и вынесла вердикт:

— Уволить ее и всю ее родню, какая только работает на нас. После выплаты штрафа, пусть ищут новое место для жилья. В этом городе и его окрестностях никто из них больше не найдет работы.

Девушка истерически зарыдала, бросаясь ей в ноги: