Книга Буря, страница 11 – Евгения Медведская

— Постой, –бросился к ней Алкид, – не…

Его голос оборвался ворвавшимся в комнату шумом ветра. Ледяной холод тут же проник под платье Саханы, а нос закололо от морозного воздуха. Алкид не без усилия запер дверь снова, будто бы выгоняя наглую и недружелюбную стихию.

— Сейчас на юге первый месяц осени, но у нас на Севере, осень занимает четвертый месяц лета, полностью отдавая свое время зиме, Сахана, – укоризненно усмехнулся он. – Это прелестная лоджия, но оценить ты это сможешь только через четыре месяца осени, четыре зимы, и два весенних. И то – лишь если будет желание – погода все равно еще будет холодной.

Сахана закрыла лицо руками.

— Десять месяцев зимы? Всего два на весну и лишь три – короткое лето? Природа здесь слишком сурова.

Три месяца из шестнадцати здесь не будет снегов и холода.Сахана думала, сможет ли вообще привыкнуть к такому.

— Ты права, но у Севера есть чем очаровывать, ты оценишь. Для начала запомни, что не стоит открывать эту дверь, особенно в бурю.

— В доме так тихо, я и не могла предположить, что за окнами буря, – извиняясь потупилась женщина, – если сейчас только первый месяц осени, то в моем городе тепло и цветут цветы. Сладкие фрукты еще зреют на деревьях. Лишь через четыре месяца придет теплая зима. Снег идет у нас пару раз в год и тут же тает, – голос девушки дрогнул.

Алкид вдруг протянул руку и положил ее на плечо девушки.

— Можешь считать, что я понимаю тебя. Я не люблю жару, не люблю, влажность от моря, когда движение воздуха не приносит облегчения, лишь бросает в лицо горячий ветер. Мне было бы сложно и тебе, наверное, сложно. Но в доме холод не чувствуется, а шум сдерживают окна. Если ты заметила, то они крепкие как стены. Через них плохо видно местные красоты, но зато сохраняется тепло и тишина. Иногда мы не можем выйти по несколько дней. Поэтому я разрешу тебе занять под кабинет и прочее любые свободные комнаты в этом крыле. Я никак не могу обжить все это один. Хоть ты и рабыня, но зиму трудно пережить без личного пространства. Часть целительской работы, возможно, придется проводить в доме.

Сахана расслабившаяся после приятной прогулки по дому и красоты комнаты, снова напряглась при упоминании своего места, но все же по достоинству оценила жест хозяина.

— Я очень благодарна, – скромно ответила она, игнорируя бурю чувств в душе.

— Ты моя и должна помнить об этом, – сказал он, подходя к столику и выдвигая ящик из него.

Сахана сжалась в комок, догадываясь, что последует что-то неприятное. Алкид достал ошейник. Девушка сделала шаг назад, глядя на него как на чудовище.

— Не надо бояться, мы должны понимать и принимать наши роли, – тихо сказал он, застегивая металлический круг на ее шее.

Этот ошейник был легче, удобнее и выглядел не так отвратительно. Но девушка закипела изнутри. Хотелось закричать или подраться. Впрочем, Сахана была слишком логична и спокойна для таких действий. Она трезво оценивала возможные последствия. Оставалось только сверкать глазами и молчать. Она все еще не могла представить на что способен ее хозяин в ответ на непокорность.

— Удобнее?

Этот вопрос и само действие можно было воспринять как заботу. В душе все переворачивалось, девушка сжала зубы. Она кивнула, не в силах говорить.

Они продолжили экскурсию. Вправо от лестницы были комнаты его младшей родни, включая сестру.