Книга Развод. Проданная демону, страница 81 – Евгения Медведская

— Сердце в норме, — Луциан трясет меня за плечо. — Дышит сама, слышишь?

До меня доходит не сразу. Сосредотачиваюсь на Кэйри. Вижу, как розовеет ее кожа. Какой же она была бледной! Ужас! Я не хотел замечать, слишком было страшно.

— Моя любимая, — тихоговорю я и касаюсь ее нежной щеки.

— Дариан, — отвечает она.

— Кэйри…

Сжимаю ее в объятиях, несмотря на протесты Луциана, которому исключительно неудобно вытаскивать из нее иглы. Хватаю руку и подношу к губам, дрожь бежит по телу и я, несмотря на то что всегда гордился умением владеть собой, не могу ее унять. До одури страшно.

— Ты как, девочка моя? — спрашиваю я.

— Удивительно хорошо, — Кэйри обводит себя взглядом. — Кажется, все нормально.

Зарываюсь лицом в ее спутанные волосы и часто дышу. Луциана потом придется заставить молчать. Взять с него клятву что ли о неразглашении? Никто не должен знать, как меня сейчас размазало.

— Луциан, она действительно будет жить? — осторожно интересуюсь я.

Мой друг изучает данные, которые висят перед ним в воздухе, сверяется с потоками силы.

— Да, Кэйри в порядке. Анализ организма выглядит очень многообещающе. Сильная девочка. Пару дней без стресса и в безопасности, ежедневные осмотры и, я думаю, все будет хорошо.

— Что это было? — спрашиваю я. — Кто это с ней сделал?

Кэйри пытается сесть, но я ей не даю. Беру на руки, усаживаю на свои колени. Мне сейчас необходимо касаться ее как можно большей поверхностью тела. Хочу чувствовать тепло жизни, биение сердца, каждый драгоценный вздох, ощущать ее запах.

Если бы не Луциан, то я бы рыдал от счастья, что она жива. При нем неловко так проявлять эмоции.

— Нам только предстоит это выяснить. Расскажи о своем сне, Кэйри. Когда он начал тебе сниться и что именно ты видела? — спрашивает врач.

Я мешкаю перед ответом. Пытаюсь собрать в голове все детали.

— Первый раз сон приснился после ужина с Дарианом. Это был прекрасный день, но почему-то итогом стал кошмар.

— Я ее разбудил тогда. Она звала на помощь и кричала, — добавляет Дариан.

— Потом сон снился каждую ночь. Ничего не помогало от него избавиться. Мне надо было разрушить стену.

— А не было так, что стена виделась тебе наяву? — интересуется Дариан.

— Было, — честно признаюсь я. — На берегу. Сегодня.

Он внимательно на меня смотрит и многозначительно переглядывается с Луцианом.

— Ты уже поняла, что это был не просто сон, — Дариан гладит мои плечи, трогает руки, а потом укутывает в плед. — Твои слова о видении наяву это подтверждают.

— А что именно привело к видению? — интересуется вдруг Луциан. — После чего оно случилось?

Я не могу ему рассказать про те чувства, которые накрыли меня на берегу моря. Не могу рассказать про то единение, что было между мной и Дарианом. Почему-то слова не идут с языка.

Прижимаюсь к своему мужчине. Мое молчание врач трактует по-своему.

— Дариан, если у тебя есть совесть, перестань прятать глаза и признайся. Ты ей навредил? Сон снился после эпизодов насилия?

— Луциан отвали. Не ищи то, чего нет, там, где этого не было! — жестко говорит Дариан. — И, если ты сейчас хоть полслова ляпнешь, я оторву тебе башку. Нанесу Кэйри еще одну моральную травму. В этот раз кровавым зрелищем.

Заклятие сохранения Дариан накладывает так очевидно, чтобы мы с врачом все поняли. Я даю себе слово вовремя закрыть глаза в случае, если дело пойдет к отрыванию головы.