Книга Навязанная жена Императора драконов, страница 130 – Елена Байм

— … А потом она сказала, что отравила дочь Руби Вейз. Но насколько я знаю, у императрицы не было дочери, ни каких-либо других детей. Звоню предупредить на всякий случай.

Я поблагодарил и погасил артефакт. Что ж, оказывается молодой маг абсолютно прав. А вот с лекарем предстоит разбираться…

Отбросив от себя переговорный камень, я сжал кулаки так, что побелели костяшки и зарычал!

Как? Как такое возможное⁈ Императрицу отравили, а ни лекарь, ни Сергио, да даже Алекс и маг не заметили того, что ее организм ослаблен и медленно, но умирает.

Убью отравительницу! Но тут же опомнился. Она уже мертва.

Умерла, забрав с собой тайну, что за яд, и как его нейтрализовать. И никто не знает, сколько прошло времени, сколько пройдет еще, перед тем, как яд окончательно отравит все тело Ларисы.

Надо действовать! Пока Лариса погружена в сон, я должен разобраться с ее врагами. Вытрясти все, что они знают. И ради этого я готов применить ментальную магию!

Я понимал, что это сократит и без того мой очень короткий срок. До двух лет, а может до года.

Но зато я спасу жену, а значит, и наше дитя.

Уже не жену. Вспомнил, сел на столешницу и схватился руками за голову.

Вот я дурак! Идиот! Так некстати развелся с женою! Ведь если я ее спасу, а сам умру, то она и дочь не смогут наследовать фамильные сокровища. А ребенок будет бастардом.

Так, надо срочно пойти и допросить врагов, а потом сыграть свадьбу.

Приглашу священника и пусть проведет обряд. Древний, драконий, который совершали, когда я был в своем теле несколько сотен лет назад. Тогда не требовалось согласие драконницы. Это обряд для истинных, когда у обоих есть метки. А у нас они были.

Поэтому немедля, я встал и тяжелой поступью направился в подвал, где содержали заключенных.

Звук моих сапогов эхом отдавался от сырых каменных стен, покрытых темной ядовитой плесенью.

Впереди, освещенный светом факела, виднелся вход. В камеру, где на подстилке соломы сидел человек.

Его лицо было бледным, изможденным, глаза — испуганными, как у загнанного зверя. Я даже не сразу признал в нем моего придворного лекаря. Некогда уважаемого, а теперь — предателя.

Я остановился у решетки, мой взгляд, наверное, сейчас горел лютым огнем.

— Ты знаешь, зачем я пришел. Давай, рассказывай о своих подельниках.

Лекарь вздрогнул, его руки нервно сжимались и разжимались.

— Ваше Величество, я не виноват, я не причем. Меня оговорили. А с Кэлвином Биреком я просто ошибся. Принял за мертвого.

Я пристально посмотрел. У мужчины дрожала губа, взгляд был опущен. Обманывает!

Подошелближе:

— Тогда я попрошу, чтобы начали тебя сейчас же пытать. Сначала тебе свяжут руки, потом загонят под ногти пластины, затем…

Лекарь упал наземь, пополз на коленях ко мне, причитая:

— Ваше Величество… я… не могу.

Я присел, прислонился к решетке, мое лицо оказалось совсем близко к лицу лекаря.

— Не можешь? Или не хочешь? Боишься их? Или боишься последствий? Ты или твой подельник отравили мою жену. А это считается изменой империи и покушением на императора.

Лекарь застонал.

— Напомнить, как это карается? Сжигают на костре. И если сейчас не воспользуешься своим шансом, утром отправишься на площадь к палачу, и там твое тело подпортится. Ну! Отвечай! Кто твои сообщники? Чем жену отравили?

Лекарь поднял голову, его плечи ссутулились.