Книга Анастасия. Железная княжна, страница 88 – Адель Хайд

— Никита? — Татьяна снова ахнула.

— Ты пропала, мы тебя искали, а меня магия сжигала. Так вот, тогда это был мой единственный шанс выжить, разделить с кем-то магию, Андрей Васильевич научил. И Никита, он… разделил со мной мою магию.

— Стася, так это тебе замуж надо, а не мне, — как-то по-детски, сказала Татьяна.

— Всёсложно, Тань, — вздохнула Стася, и улыбнулась, — тебе ли не знать.

— Стася, ну ты не сравнивай, — замахала на Стася руками Татьяна, — ты же как решишь, так и будет. Ты же всегда уверена в своих решениях.

— Да уж, — усмехнулась Стася, — я всегда уверена. Но ты права, Танюш, чего тут думать-то, да и островитяне, наверное, уже подлатали нашего князя. Надо бы его проведать.

Посидели они ещё немного, потом Татьяна заторопилась:

— Ой, ну что я тебя ночью-то держу? Стася, тебе спать больше надо!

Стася по-доброму усмехнулась:

— Ничего, я высплюсь.

Но Татьяна уже встала, поцеловала сестру в лоб и ушла.

Оставшись одна, Стася действительно задумалась о том, что надо бы Никите сообщить, а то некрасиво получается. Она же сама его оттолкнула, обиделась, а теперь вот, у них общий ребёнок будет.

Стася прислушалась к себе. Слишком много всего произошло, и слишком много всего надо сделать. Любит ли она его? Она не знала, как определить это слово. «Любит».

«И почему нет нигде определения, что значит «любит»? — подумала она, — он мне приятен и я к нему совершенно точно неравнодушна. Я переживаю, когда он меня злит, и моё тело на него откликается».

Но почему-то, подумав об этом, Стася вспомнила синие глаза Фёдора Троекурова, и внутри что-то ёкнуло.

Из груди вырвался тяжёлый вздох.

А ведь надо бы всем сказать. Скоро же все узнают… — подумала она, подошла к зеркалу и, собрав лёгкое домашнее платье на спине, посмотрела на ещё плоский живот. — Время есть. Ну а то, что ребёнок родится «раньше срока», так с кем не бывало.

Но решение было принято, поэтому на следующее утро Стася попросила Демидова отправить запрос островитянам, чтобы подготовить визит россимской княжны на остров Ше.

Ответ на запрос пришёл очень быстро. Островитяне сообщили, что князь Никита Урусов уже почти две недели назад сбежал с острова, а куда они не знают.

Прошло две недели с того дня, как пришло известие с острова Ше. Уже вернулись, и родители Никиты Стася приняла князя, он выглядел постаревшим. Рассказал ей как тяжело сын возвращался к жизни.

— Анастасия Николаевна, — говорил старый князь, Алексей Никитич, — ноги и руку ему восстановили быстро, но вот только Никита к нам так и не вернулся.

— Что это значит, — спросила княжна, похолодев

— Не помнит ничего Никитушка, — на глаза князя навернулись слёзы и голос дрогнул, когда он сказал, — матери даже плохо с сердцем стало, когда он её не узнал.

— Почему сразу не сообщили? — спросила княжна

— Так ведь думали, что оправится, не хотели зря тревожить, — глухо ответил старый князь.

Стася смотрела на него, отдавшего старшего сына, и вот теперь почти лишившегося младшего.

— А куда он мог убежать? — сказала Стася, и вдруг, будто вспомнила, — медведь с ним был, или, как и у остальных, ушёл дух?

Князь покачал головой:

— Не вспоминал он, а мы и не спрашивали.

Фёдор Троекуров, который тоже присутствовал при разговоре, спросил:

— Как искали Алексей Никитич?

Князь Урусов подробно рассказал и что островитяне делали, и его охрана: