Книга Анастасия. Железная княжна, страница 59 – Адель Хайд

И не увидели, что как только за ними закрылись ворота, от угла дома напротив отъехал неприметный серого цвета автомобиль.

Пока шли к дому, Варвара Васильевна спросила, обращаясь к князю Юсупову:

— А князь Кирилл отчего же не с вами?

Николая Юсупов, по-быстрому переглянувшись с Татьяной, с которой ещё в поезде договорились пока не рассказывать родителям князя, что тот в плену, ответил:

— Так в Пеплоне, с остальными.

Варвара Васильевна из рода Голицыных, её просто словами не проведёшь, и небольшую ложь она различила сразу, но не стала омрачать радость встречи с младшим сыном и наследниками вопросами, всё-таки старший-то у неё князь теперь, да ещё и носитель духа, справится.

Наобнимались, наплакались. Варвара Васильевна, глядя на Савву сказала:

— Не пойму, сынок ты вырос что ли? Или повзрослел?

Савва только молча улыбался. Они все повзрослели. Вроде бы прошло совсем немного времени, но столько всего произошло, что казалось, времени прошло в три раза больше.

Демидов, оглядываясь на жену и Татьяну проговорил:

— Мне надо Анастасии Николаевне сообщить, что вы здесь, из Кремля просили очень срочно…

Но Варвара Васильевна строго посмотрела на мужа:

— Да подождут немного, дай ребятам с дороги прийти в себя, пообедаем и пойдёте.

Таня встревоженно взглянула на Демидова:

— Что-то случилось? Что-то с сестрой?

Взгляд Григория Никитича метался между супругой и Татьяной. Но он помнил какой-то глухой голос княжны, когда она сама звонила ему, чтобы сказать, что дело срочное.

— Я не знаю точно что, — всё-таки пересилила ответственность, — но голос у княжны был усталый.

— Тогда пойдёмте прямо сейчас, — решила Таня, и обернувшись к супруге Демидова, добавила, — Варвара Васильевна, простите, потом пообедаем.

Варвара Васильевна расстроенно посмотрела на Таню:

— Ну надо так надо

Григорий Никитич повеселел, когда понял, что не надо разрываться между государственным и семейным долгом:

— Порталом пойдём, только из подвала, а то звук-то своих порталов Кравец так до конца и не отладил.

Но Татьяна с Демидовым не успели дойти до входа в подвальное помещение, которое было специально оборудовано под межграничные помещения, как раздался звонок.

Охранник, возникший словно из воздуха, доложил:

— Князь Лестросский

С тех пор как Константин принёс клятву россимской княжне, он стал считаться своим и не принять они его не могли.

Демидов с супругой переглянулись, словно бы спрашивая друг у друга: — «Откуда он узнал-то?»

Варвара Васильевна пожала плечами: —«Понятно откуда, следил, на то он и князь»

Таня замерла, сердце заколотилось внутри маленькой птичкой, и вдруг захотелось как та самая птичка вспорхнуть и вылететь в раскрытое окошко, чтобы не видеть, не смотреть, не говорить… с ним.

Но взяла себя в руки, она взрослая, она княжна, она справится, ради сестры, брата, Россимы.

Дверь открылась и вошёл Константин, Татьяна сглотнула, высокий, сильный, красивый, надёжный, … не её, чужой.

Константин тоже увидел Таню.

«Единый, зачем он так смотрит?! — Таня помнила этот взгляд, полный восхищения, жадный, словно не может наглядеться, — как же ему не стыдно, чужому жениху.»

Мысль о том, что он чужой жених, отрезвила и Таня усилием воли «сбросила» с себя магнетические оковы этого мужского взгляда.

— Татьяна, здравствуй, — Константин сделал шаг вперёд