Книга Психолог для дракона, страница 70 – Юлианна Винсент

— Да, мне вообще, люди не очень нравятся, — мотнул головой волк, и подумав, добавил, — я просто с ними не особо умею общаться.

— Я Настя, — надеясь, что это смягчит сердце волка, решила представится я.

Волк посмотрел на меня с сомнением, минуту молча размышлял о чем-то своем, а после, величественно выпрямившись и небрежно тряхнув своей шелковой гривой, чинно сообщил:

— Ксантос Эрагон Первый Самосозданный!

Я аж поперхнулась:

— Очень приятно! А сокращённый вариант есть?

Волк опять задумался:

— Сант?!

— Отлично! — одобрительно улыбнулась я и спросила. — Ты пойдешь со мной дальше?

— Видимо, уже да, — опять проворчал волк и мы отправились в дальнейший путь.

— Кстати, кх, — кашлянув, обратилась я к Санту, когда мы прошли ещё один небольшой прилесок. — Ты случайно, кх, не знаешь, далеко отсюда до Храма Забвения?

— Случайно, знаю, — уже менее ворчливо, сказал зверь. — Но тебе туда ещё рано.

— Что значит, кх-кх, рано? — удивилась я, пытаясь прочистить горло.

— А то и значит, — сказал волк. — У тебя ещё стыд, гнев и отвращение не пройдены.

— Да, я вроде давно их все прора-а-а, — воздух в легких резко закончился, и я не смогла договорить фразу.

Я стала лихорадочно вдыхать воздух, но получалось не очень. Больше это было похоже на какой-то предсмертный хрип. Я схватилась одной рукой за горло и второй рукой несколько раз постучала себе по грудной клетке, пытаясь пробить внутрь хоть каплю воздуха. Ничего не выходило. Волк же стоял напротив и спокойно смотрел на мои мучения.

— Стыд заставит замолчать,

Стать покорной и невзрачной.

Песнь души поможет встать

На путь истины прозрачной, — процитировал он четверостишие из подсказки, оставленной мне Эвелиной.

Я выпучила на него глаза, все так же собирая свежий воздух по крупицам через обжигающийгорло хрип.

— Всегда молча, да, Настя? — голос Санта словно изменился, стал холодным, пронизывающим, а слова били точно в цель. — Больно — молчишь, злишься — молчишь, обидно — молчишь. Стыдно?

Ответом ему были мои крупные слезы, медленно катящиеся из глаз и уже не такой ярый хрип. Ведь, он был прав.

— Стыдно показаться глупой, — продолжил добивать меня волк.

"Я знала, что дойти до Храма будет не просто, но не настолько же, дрыш вас всех раздери!"— со злостью подумала я.

— Стыдно показаться сла-а-абой, — тянул слова Сант. — Стыдно быть той, которая не смогла.

Он не спрашивал. Он утверждал и выворачивал мою душу наизнанку. Ведь именно так все и было. Насмотревшись на истерики своих предков по женской линии и испытывая стыд за их поведение, однажды, я решила для себя, что такой не буду никогда.

Ну и к чему мы пришли? Я задыхаюсь от собственного стыда посреди магического леса в компании волка, который даже съесть меня побрезгует. Стоит ли мой стыд всего этого?

— Что ты всегда хотела сделать, но тебе было стыдно? — испытывающие, фиолетовые глаза Санта, смотрели на меня с хитринкой.

Я поняла систему, если я не пытаюсь что-то говорить, то и дышится мне более-менее. По крайней мере, вдохнуть я могу чуть больше, чем ничего и без хрипов. Немного успокоившись, я задумалась над вопросом, который задал мне волк.

"Что я всегда хотела делать, но мне было стыдно?"— спросила я сама у себя.

И тут память подкинула картинку, мне лет пять, я у бабушки в гостях. Стою у зеркала в какой— то бабушкиной шляпе и пытаюсь петь в расчёску, словно в микрофон, тогда популярную песню Андрея Губина "Такие девушки как звёзды". У меня уже нет двух верхних передних зубов, поэтому я нещадно шепелявлю.