Книга Непокорная для наследного принца, страница 8 – Юлианна Винсент

За первым же, более менее широким деревом я увидела одиноко лежащую девушку и сверкающие пятки парня, к которому она умоляюще тянула руки.

Я подбежала ближе, девушка корчилась от боли и звала на помощь, но никаких внешних повреждений на ней не было.

— Что с ней такое? — спросила меня Рия.

— Сейчас узнаем, — ответила я и присела на колени рядом с ней.

Положила руки на ее голову и меня словно пронзило током. На ее сознание была наведена довольно сложная иллюзия, в которой она стояла на коленях, но не на земле. На шипах. Они впивались в ее ноги до крови. Она испытывала эту фантомную боль и не могла ничего с этим поделать.

— Колени, — проговорила я вслух, не разрывая контакта с девушкой. — Гордыня.

— Как это связано? — не поняла Эория.

— Лес вскрывает все, что мы не хотим в себе признавать, — объяснила я, отсоединяясь от девушки. — У нее — это высокомерие и заносчивость. Слишком гордая, чтобы попросить помощи. Слишком стойкая, чтобы разрешить себе упасть на колени. Вот лес ее и наградил иллюзией. Еще пара минут и она сойдет с ума от боли и от осознания собственной ничтожности.

— Ну и брось ее, — фыркнула драконица. — Надо было вовремя учиться помощи просить.

Я посмотрела на Эорию с укором во взгляде.

— Что-о-о? — недовольно протянула Рия. — Экзамен сам себя не сдаст вообще-то.

Я отрицательно покачала головой и наклонилась обратно к страдающей:

— Эй, подруга, ты меня слышишь? — спросила я, поднимая ей веки пальцами.

— Не подруга она тебе вовсе, — фыркнула Эория у меня на плече, сложила передние лапки и отвернулась, надув губки.

Девушка не отзывалась на мой зов, а ее зрачки уже очень плохо реагировали на свет.

— Да, твою мать! — выругалась я. — Давай еще умри мне здесь!

Я схватила девушку за голову и призвав свои ведьминские силы постаралась ослабитьвлияние иллюзии на ее сознание. Сначала получалось не очень, потому что после эмоционального всплеска вчера в лесу, я сама была не самым стабильным существом в округе. Но потом, когда желание спасти чужую жизнь пересилило волнение, у меня получилось и я, увидев осознанность в ее глазах, немного подпитала ее энергией.

Убедившись, что с девушкой все будет более менее в порядке, я отправилась дальше.

Стоит ли говорить о том, что это были лишь цветочки, а дальше меня ждали ягодки в виде остальных смертных грехом. И ни в одном из случаев я не могла пройти мимо и бросить человека. Хотя Эория очень на этом настаивала.

Беда была в том, что им то я помогала, а вот саму меня накрывало с каждым шагом все сильнее. И себе в здесь и сейчас я помочь не могла.

Поэтому, когда почти у финиша на меня напали двое парней обуреваемыми гневом, дралась я с ними не на жизнь, а на смерть. Свою. Очень хотелось.

Сдаться. Все бросить. Все равно мой Крис — мертв. А тот, которого я увидела сегодня — не мой. Чужой.

Волна отчаяния подступала к горлу. Хотелось выть. Из последних сил я отражала атаку уже одного гневного парня. Первого я вырубила пару минут назад.

Папа учил не сдаваться. Никогда.

Рассказывал, что однажды, когда они с мамой еще не были женаты и она убежала от него в Лес Отчаяния, а он ее искал, ему тоже очень хотелось выть от нахлынувших чувств, но если бы он тогда сдался, у него бы не было мамы и меня, и мальчишек. А жизнь без нас ему не нужна.

— Папа не сдался! И я не сдамся! — прорычала я, собрав всю силу в руки и толкнув нападающего в грудь.