Книга Я, эти двое и двадцать девять массажистов, страница 60 – Марушка Белая

— Ого! — восхитилась я. — Как необычно!

Вечер был теплым, народу много. Молодое поколение аристократов любило подобный отдых и не особо утруждалось заботой о финансах. На Унн-Тала уже давно царили мир, спокойствие и пресыщенность всеми удовольствиями. И скука.

Внутри площадки не было сидячих мест,а также столов, зато строгие официанты разносили угощение и напитки. Среди них я с изумлением заметила Грейама. Узкие белые брюки, голый торс и такая же белая бабочка на шее являлись отличительным нарядом обслуживающего персонала.

— Ты официант? — удивилась я, разглядывая полуголого безопасника.

Мужчина без стеснения пробежался взглядом по моему наряду:

— Госпожа Наследница, сегодня здесь только чьи-то женихи или мужья, в общем, занятые мужчины. Поэтому трогать официантов, а также склонять их к сексу или заставлять делать что-то интимное, недопустимо! — ответил он строгим голосом заученную фразу.

— Да и я не собиралась, — обалдела я. — Что такое придумала Табита?

— Знаю, что не собиралась, — вздохнул Грейам, но тут же сделал шаг назад.

— Айна! Как я рада тебя видеть! — раздался знакомый голос, и рядом с нами материализовалась Гортензия. — Мой жених уже сообщил тебе, что тут нельзя трогать официантов?

Я взглянула на ту, которая пыталась меня опорочить когда-то. Девушка была одета более откровенно, ярко-синее крохотное платье с вырезами на плечах и по бокам.

— Да, — кивнула я. — Неужели свободные мужчины согласились быть прислугой?

Грейам недовольно хмыкнул, похоже, их и не спрашивали.

— Это же так весело! — обрадованно говорила Гортензия. — А то покорные рабы всем надоели! — с этими словами она смачно шлепнула Грейама по заду. — Правда, милый?

Он едва сдержался, но все же улыбнулся ей:

— Да, милая.

— Кстати, ты же знала, что Грейам теперь официально мой жених? Он так долго сопротивлялся!

— Да и поздравляю вас, — попыталась улыбнуться я.

— А это твой раб, да? — Гортензия потянулась к Исаю, но тот с мрачным видом отодвинулся, даже не удостоив девушку взглядом.

— Фи, какой грозный, хоть и красавчик, — обиделась она. — Будь я твоей хозяйкой, научила бы как вести себя…

— Гортензия, ты не его хозяйка! — решительно заметила я, вставая вперед и закрывая блондина от ее цепких рук и глаз.

— Глядя на вас, можно подумать, что это ты его охраняешь, а не он тебя. Кто из вас ценнее?

— Дорогая «подруга», — я вся подобралась и как можно ядовитее процедила. — А ты рискни, задень меня, и увидишь, как он сломает тебе руку! Грейам подтвердит, да?

Брюнет закатил глаза, не желая вмешиваться в наши распри.

— Ты просто не знаешь,на что я способна, — внезапно успокоилась Гортензия. — Это ты будь осторожна. Сегодня он защищает тебя, а завтра перережет глотку во сне! Ладно, мы уходим. Мы еще не со всеми поздоровались, да?

Она провела пальцами по его груди, спускаясь вниз и, глядя мне в глаза, положила свою руку ему на пряжку штанов. Грейам попробовал извернуться, быстро кинул извиняющийся взгляд и начал уходить. Гортензии пришлось двинуться следом, я хмыкнула и помахала им рукой.

Когда они отошли, я обернулась на Исая:

— Вот в таком обществе мы живем. Что будет в моде завтра, даже не представляю!

Вскоре нас нашла Табита.

— Тебе же нравится, что я придумала? Мужчин нельзя трогать, каково, а? Как ты и говорила, запреты возбуждают!