Книга Я, эти двое и двадцать девять массажистов, страница 122 – Марушка Белая

Из новостей я узнала, что Гортензия в тюрьме вместе со своими женихами. Интуиция звенела тревожным колокольчиком, но у меня совершенно не было возможности выяснить, в чем дело. И лишь перед самым Советом со мной связалась Морена и спросила о своем брате.

— То есть, даже ты не знаешь, где он? — удивилась я.

— Нет, мама молчит, все молчат, — обеспокоенно говорила мне девушка.

— Может, он временно в тюрьме, вместе с Гортензией и остальными? — предположила я.

— Нет, я выясняла, его нет рядом с этой злодейкой, — выдохнула Морена. — Кстати, Айна, на совете я намерена отказаться от титула.

— Понятно, — ответила я.

Этого следовало ожидать. Сестра Грейама никогда не хотела становиться Верховным Старейшиной.

— Думаешь, мне позволят? — удрученно спросила Морена.

— Я поддержу твое решение, — постаралась поддержать ее. — Если, конечно, мне разрешат подать голос, я тут кое-что натворила.

— Брат всегда считал тебя умной и очень доброй, — внезапно призналась Морена.

— Правда? — удивилась я. — Насколько я знаю, он хорошо относился ко всем Наследницам.

— Нет, Айна, ты не понимаешь просто. Впрочем, сейчас слишком напряженная ситуация, чтобы об этом говорить.

— Ты права, не волнуйся и можешь рассчитывать на меня, — сказала я, тепло попрощавшись с ней.

Наступил первый день начала Совета Старейшин. Обычно он длится примерно неделю. Там обсуждаются и решаются все важные вопросы. В этот раз туда пригласили всех Наследниц. Совет проходил раз в год и к нему тщательно готовились. Именно в этот раз мы должны были предложить отменить рабство на всей планете и наконец-то войти в состав МСР. Правда, со всеми произошедшими событиями, я даже не знала, чего нам ждать.

Я подготовила документы по своему курорту, собрала и свела все цифры. Но лучше всех бумаг живым доказательством стали янфы, которых удалось социализировать, дать им работу и предоставить им выбор. Правда, никто не захотел возвращаться на свою планету. Наоборот, они мечтали осесть тут, женившись и пригласив к нам своих соплеменниц. Теперь каждый из них чувствовал себя обеспеченным человеком. И я бы не прочь помочьим, но все это могло воплотиться только после официальной отмены рабства. А, значит, нужно достойно выступить на Совете.

В назначенное время я уже входила в зал заседаний.

— Рабам вход воспрещен, — остановил меня охранник, указывая на блондина, молчаливой скалой высившегося позади меня.

— Это не раб, а мой будущий муж, — сказала я, опешившему мужчине.

Он не посмел мне перечить и пропустил Исая. Пока мы усаживались за большой круглый стол, я оглядела присутствующих. Тут были все действующие Старейшины, включая маму, а также их заместители, чаще всего мужья и юные Наследницы. Кивнув Табите, затем Сибилле и Морене, я перевела взгляд на Виолу. На девушке не было лица. Она удрученно смотрела в одну точку, не обращая внимания на окружающих. Должно быть, предательство сестры-близнеца сильно ударило по ее психике. Я тоже слышала, что близнецы очень близки и долгое тюремное заключение, грозившее Гортензии, конечно, не могло не расстраивать Виолу. Исай взял меня за руку.

— Айна, не нервничай так, все будет хорошо, — сказал он.

Тут распорядитель объявил начало, и все сосредоточились на своих бумагах.

Но вдруг он заметил Исая:

— Кто вы? Почему посторонний участвует в Совете? — строго спросил он. Этот мужчина не имел власти на нашей планете, в его задачу лишь входило соблюдать протокол, вот он и старался.