Книга Сын вождя и рубашка с секретом, страница 88 – Марушка Белая

— Не помню, — я изобразила сонный задумчивый взгляд и потрясла головой, — Я так резко не могу вспомнить. Помоги встать.

Я начала убирать одеяло.

Он стал помогать мне встать, старательно отводя взгляд от моего тела. Скромняга? Я же как-то уже мало стеснялась. Он и так многое видел. А он решил прикрыть меня полностью и подтянув одеяло, укрыл меня по шею..

Мм… и как теперь поцелуй заполучить?

— Вспомнила! — воскликнула я, резко поднялась с кровати, откинув одеяло.

Он не успел отвернуться и растерянно смотрел, как синий шелк моей сорочки облегает фигуру, мало что скрывая.

А я, вытянувшись во весь рост, встала на цыпочки, держась за него одной рукой, подняла другую и попыталась достать книги с поверхности шкафа. Конечно, у меня это не получилось. Я попрыгала. Велимир возвел очи горе, всей ладонью закрыл свое лицо и тихонько застонал, видимо, моя прыгающая грудь его добила окончательно.

Потом выдохнул и решил помочь, встал прямо позади меня, тоже поднял руку и достал книги.

Я как раз решала как бы изящнее упасть вместе с ним на кровать и уже тогда его поцеловать. Развернулась, прижимаясь к нему, погладила ворот его синей рубашки:

— Ты всё-таки, надел эту рубашку? — подняла на него глаза.

Он моргнул, потом ухмыльнулся:

— Ты тоже в синем и совсем не стесняешься?

— Просто я ещё сплю, — отвечала я краснея.

— А это всего лишь рубашка, — он отодвинув меня и бросил короткое, — Одевайся.

И потом вышел срываясь на бег, сначала из комнаты, прикрыв дверь, потом из дома.

Ничего не получилось?

Я вздохнула и стала переодеваться. Надела светлое кимерийское платье и повязала волосы лентой. Неожиданно, дверь отворилась и зашли все три брата, прошли на кухню. Судя по разговорам, Анджей и Кир уговаривали Велимира позавтракать с нами.

Я вышла, пошла ещё раз умываться, якобы же только встала, потом к ним.

Когда я уселась на скамью в кухне, братья решали что готовить.

Велимир удивлялся, что его пригласили на завтрак, а сами не готовы. Ну-ну, вообще-то, мы готовились, но к другому.

А братья говорили, что он слишком рано пришёл.

Я попробовала попросить Велимира пожарить оладьи с корицей, но он сердито сказал, пусть мои мужчины меня балуют,а он вообще-то, посторонний.

— Ладно, — сказала я и пошла жарить гренки.

Постепенно, недовольство сошло на нет, все трое смотрели, как я готовлю. Мне не сложно, а им приятно. Женщина у печи здесь не быт, а эстетика. В процессе я стала рассказывать Велимиру в чем была ошибка в одной из книг учёта и он расслабился.

Гренки тоже получились вкусные, особенно с мёдом. Велимир повеселел, но на меня старался не смотреть.

— Что это? — воскликнула я и подошла к нему.

Запустив руки в его волосы, стала перебирать пряди.

— Ты о чем? — обеспокоился будущий вождь.

— У тебя одна прядь седеть начала, вот, у корней, — стоя, я прижалась грудью к спине сидящего принца.

Все стали приглядываться к седой пряди, а я от души перебирала и теребила его волосы, попутно гладя голову, шею..

Он попытался отстраниться:

— Твоё падение в реку не прошло даром, я думал ты утонула!

Неужели так переживал?

— Ты так переживал за меня? — я обняла его сильнее за шею, наклонилась и посмотрела ему в глаза.

Он затравленно глянул. ой, неужели я так тебя замучила? Потом прикрыл глаза, вздохнул и встал. Стал собираться домой.