Книга Прятки с Драконом, страница 12 – Рина Рофи

Он сделал шаг вперёд, и его тень накрыла меня целиком. Воздух сгустился, стал тяжёлым и обжигающе тёплым, словно перед грозой.

— А что, если б узнала, что я ректор, это что-то изменило бы в твоём бегстве? — он мягко, почти задумчиво произнёс эти слова, но в его глазах вспыхнули опасные золотые искры. Он оперся ладонями о край стола, склонившись ко мне, и теперь его лицо было так близко, что я видела мельчайшие трещинки-чешуйки на его висках. — Осталась бы? Или... испугалась бы сильнее?

Я застыла, парализованная этим взглядом и этим вопросом. Мой разум лихорадочно искал ответ, но находил только хаос. Да, я бы испугалась сильнее. Осознание его власти, его положения, этой абсолютной власти надо мной... оно сделало бы побег ещё более необходимым.

Я сглотнула, пытаясь вернуть голос.

— Я... я не знаю, — прошептала я, и это была чистая правда.

Его улыбка стала ещё шире, ещё более хищной.

— Честно. Но теперь ты знаешь. И теперь ты здесь. И бежать уже некуда, не так ли, беглянка?

Я сглотнула, чувствуя, как под его взглядом пересыхает в горле. Бежать и впрямь было некуда.

— Ну что ж, — он наконец выпрямился, разрывая магию этой напряженной близости и с деловым видом вернулся за свой стол. — Перейдем к твоей анкете. Нужно заполнить недостающие графы.

Он взял в руки магический пергамент с моими данными, и его взгляд скользнул по строчкам.

— Окрас шерсти, — произнес он, и в его голосе снова появились те самые, едва уловимые нотки насмешки. Он посмотрел на меня, явно ожидая моего ответа. Я молчала, глядя на него

Затем его пальц переместился ниже.

— Родители: Кристина Фей и... Дмитрий Фей.

Он замер, и его брови медленно поползли вверх. На его лице появилось неподдельное, почти театральное удивление.

— О-о-ой, — протянул он, и в его глазах вспыхнул новый, более острый интерес. — Королевскаячета кицуне. Прелестно. Значит, золотая.

Он отложил пергамент и снова уставился на меня, но теперь его взгляд был иным — более оценивающим.

— Дочь правителей Лисьего клана, чей окрас — символ прямой власти, чья кровь — одна из самых чистых среди кицуне... И она скрывается в моей Академии на самом захудалом факультете, под скромной фамилией, без всякой свиты и помпезности. — Он склонил голову набок. — Знаешь, это пахнет уже не просто развлечением. Это пахнет... большой политикой. Или большой тайной. Так кто ты на самом деле, Диана Фей? И зачем ты здесь?

Я выпрямила спину, стараясь придать своему голосу как можно больше твердости.

— Я учиться пришла. И всё.

Он фыркнул, но не перебивал, давая мне продолжить.

— А почему без помпезности и прочего шика?

Я пожала плечами, стараясь выглядеть равнодушной.

— Не люблю я это. Предпочитаю спокойную жизнь. Почти как человек. И родители... родители разделяют моё желание.

Ректор медленно откинулся в кресле, сложив пальцы домиком. Его улыбка стала понимающей и оттого еще более опасной.

— Ну еще бы, — протянул он, и в его голосе зазвучали нотки насмешливого превосходства. — В свое время они ведь сбежали из своих краев, бросив все эти «шики» и «помпезности», не так ли? И, насколько мне известно, лишь недавно вернулись и... с некоторым трудом, полагаю... вновь заняли свое законное место.

Он ударил прямо в больное. История моих родителей не была тайной для высших кругов, но услышать это от него, здесь и сейчас, было неприятно и унизительно.