Книга Прятки с Драконом, страница 119 – Рина Рофи

Он поднял меня выше, чтобы наши взгляды встретились на одном уровне. В его горящих глазах я увидела не только дракона, но и того мужчину, чьё терпение лопнуло.

— Ты думаешь, я позволю тебе убежать? Позволю этой тьме забрать тебя? — его рык стал тише, но от этого лишь мощнее. — Ты моя. Даже когда кричишь. Даже когда бежишь. Даже когда пытаешься разбить наше общее сердце.

Он прижал меня к своей груди, и я почувствовала оглушительный, мощный стук его сердца, который, казалось, отзывался эхом в моём собственном.

— Твоя боль — моя боль. Твои слёзы — мои слёзы. И твоё место — здесь. Со мной.

— Я тебе не пара! — выдохнула я, упираясь ладонями в его чешую, но это было бесполезно. Его тепло проникало сквозь кожу, напоминая о той самой связи, которую я так отчаянно пыталась разорвать.

— Пара, — пророкотал он, и в его голосе не было сомнения. Лишь спокойная, всепоглощающая уверенность.

— Нет, Андор! Мы совершенно разные! — настаивала я, чувствуя, как слёзы снова подступают. — Я не драконица! Я не могу парить в небесах, как ты! Моя магия — в иллюзиях, в хитрости, а не в грубой силе! Я... я не та, кто тебе нужен!

Я ждала гнева. Ждала, что он начнёт трясти меня, доказывая свою правоту силой.

Но он лишь глубже втянул воздух, и его огромная голова склонилась так, что его дыхание снова овеяло моё лицо.

— Ты думаешь, мне нужна копия меня самого? — его голос стал тише, почти шёпотом, но от этого он звучал ещё весомее. — Мне не нужна драконица. Мне нужнаты. Твоя хитрость. Твой огонь. Твои дерзкие побеги. — Он медленно покачал головой, и в его глазах плясали знакомые чёртики, но на этот раз смешанные с чем-то бесконечнотёплым. — Ты — вызов, который я ждал всю свою долгую жизнь. И я не отпущу тебя, моя строптивая, прекрасная лисица. Никогда.

Он опустил меня на землю, но его огромная драконья тень по-прежнему накрывала меня, а лапы, хоть и ослабив хватку, не отпускали окончательно, словно боясь, что я снова сорвусь в бегство. Всё ещё в своём истинном, могущественном облике, он склонил голову, и его голос, низкий и вибрирующий, прозвучал прямо над ухом:

— Твоя ревность... — он произнёс это слово с таким горьким изумлением, что у меня ёкнуло сердце. — Она окатила меня, как ушат с ледяной водой!

Его золотистые зрачки сузились, в них плясали отблески ярости, но теперь я различала в них и что-то другое — боль. Невысказанную обиду.

— Как ты вообще могла подумать, — прорычал он, и в его рыке слышалось настоящее потрясение, — что я могу пойти против своей пары? Против тебя? После всего... После всего, что было между нами?

Он ткнул мордой в моё плечо, жестко, но без агрессии, скорее как укор.

— Ты — моя судьба, Диана. Единственная. И мысль о другой... о ком бы то ни было... — он фыркнул, и из ноздрей вырвалось облачко дыма, —...она оскорбительна. Для меня. Для нашей связи. Для всего, что я чувствую.

В его словах не было упрёка. Была оголённая рана. И глядя в эти огромные, пылающие глаза, я наконец-то поняла. Его ярость в кабинете, его бешенная погоня... это была не просто собственническая злость. Это был страх. Страх потерять меня. Страх, что я не доверяю ему. Что я не верю в силу того, что нас связывает.

— Драконица была бы для тебя лучшей партией, — выдохнула я, глядя куда-то в сторону, на чёрную воду озера. Говорила это не со злостью, а с горькой, усталой убеждённостью. — У вас была бы одна кровь, общие традиции. Тебе не пришлось бы терпеть мои истерики, мои побеги... Тебе не пришлось бы стоять здесь, в образе дракона, и удерживать ту, что не может принять свою же судьбу.