Книга Все началось с измены, страница 168 – Рина Рофи

Первое сентября. Воздух был прозрачным, уже не летним, но ещё тёплым. Перед школой царило оживлённое столпотворение из нарядных детей, взволнованных родителей и гирлянд из белых бантов. А в центре этой суеты стоял он — Демид Белов.

Он был одет не просто в школьную форму, а в маленький, безупречно скроенный костюм с зауженными брюками, светлой рубашкой и стильным галстуком. Его обычно взъерошенные волосы были аккуратно уложены. Он стоял прямо, с новеньким ранцем за спиной, и был вылитой, уменьшенной копией своего отца — тот же уверенный, немного отстранённый взгляд, та же гордая посадка головы. Только в его гладах светилось детское волнение, которое он старательно скрывал.

Мы с Маркусом стояли рядом, образуя с ним треугольник. И тут к нам подошла она — Алла Петровна, учительница Демида. Женщина лет сорока, строгая, но с намёком на кокетство в глазах, который всегда просыпался в присутствии Маркуса. Она была в элегантном платье и с доброжелательной улыбкой.

— Маркус Давидович, с первым сентября вас! — сказала она, и её голос зазвенел чуть слаще, чем требовала ситуация. Её взгляд, полный профессионального интереса и чего-то ещё, скользнул по безупречному костюму Маркуса, а затем, как бы нехотя, перешёл на меня. На мою простую, но дорогую блузку, на обручальное кольцо, на спокойное выражение лица. В её глазах промелькнуло быстрое, почти незаметное оценивание и… лёгкое разочарование.

И в этот момент, прежде чем кто-либо успел что-то добавить, Демид сделал шаг вперёд. Он выпрямился ещё больше и сказал чётко, громко, так, чтобы слышали окружающие:

— Алла Петровна, а это моя мама. Мария.

Он не сказал «это Маша» или «моя новая мама». Просто — «моя мама». С полным правом.

Эффект был мгновенным. Алла Петровна буквально подскочила, её улыбка на мгновение застыла, а затем стала слишком широкой и неестественной.

— О-о-о! — протянула она, пытаясь восстановить равновесие. — Конечно! Очень приятно, Мария… — она запнулась, не зная отчества.

— Просто Мария, — мягко улыбнулась я, протягивая руку. — Очень приятно познакомиться, Алла Петровна. Демид много о вас рассказывал.

Рукопожатие было коротким, но крепким. Я видела, как учительница быстро перестраивается, пряча своё смущение и разочарование за маской профессиональногорадушия.

А Маркус, стоявший рядом, издал странный, сдавленный звук. Я мельком взглянула на него. Он стоял, поднеся кулак ко рту, изображая кашель, но его плечи предательски подрагивали, а в глазах стояли слёзы от сдерживаемого смеха. Он ловил мой взгляд, и в нём читалось: «Вот это подача! Молодец, сын!»

Я сама изо всех сил старалась сохранить серьёзное, приветливое выражение лица, но уголки губ предательски дёргались. Этот маленький рыцарь в стильном костюме только что одним предложением поставил всё на свои места. Он не просто представил меня. Он заявил о моём статусе. Защитил от возможных косых взглядов или неуместного любопытства.

— Ну что ж, Демид, — быстро оправившись, сказала Алла Петровна, — пора прощаться с родителями и заходить в класс. У нас сегодня насыщенная программа.

— Да, Алла Петровна, — кивнул Демид. Он обернулся к нам. Сначала обнял Маркуса, потом — меня, крепко и быстро. — Всё будет хорошо, — прошептал он мне на ухо, как бы успокаивая. Потом выпрямился и, не оглядываясь, уверенной походкой направился к школьным дверям, растворяясь в толпе таких же нарядных, но куда менее самоуверенных одноклассников.